Иришка положила руку на живот. «Как вы там, малявочки? Сладкие птички мои! Мамины ненаглядные красавицы, папины гордость и постоянная головная боль», — тонкие пальцы чутко касались плоского пока живота. Будущую мамочку совершенно не пугало то, что совсем скоро она утратит стройность и гибкость, не страшил возможный токсикоз, сущей мелочью казались отеки ног и боль в уставшей спине. Это была ничтожная плата за возможность взять на руки своих кровиночек. «Вот подрастете, и примутся ваши папы гонять женихов, набежавших со всей Леории, а мы будем смотреть и посмеиваться.
Отдыхайте, мои девочки хорошие, набирайтесь сил. Ваша мама постарается сделать так, чтобы нам никто не угрожал, ну и папы тоже постараются», — погладив напоследок животик, Иришка взяла с прикроватного столика книгу и поудобнее устроилась в подушках.
— Аола, можно к тебе? — в комнату заглянула Миранда.
— Конечно, детка, проходи. Ты же знаешь, что я всегда тебе рада, — маркиза приглашающе откинула край одеяла.
Некромашка не заставила себя долго ждать.
Прыг-скок и она уже устраивается под бочком своей ненаглядной Аолушки.
— Ты поужинала?
— Да, а еще приняла ванну и переоделась, — дисциплинированно отчиталась малышка.
— Ну и замечательно! Тогда давай поболтаем немножко, а потом я расскажу тебе сказку.
— Про сокровища? — блеснули азартом черные глаза.
— Про целую пещеру сокровищ и сорок разбойников, которые их охраняют.
— Здорово! — Миранда захлопала в ладоши. — А вот нам не повезло сегодня, так и не встретили ни одного разбойника.
— Не расстраивайся, ребенок, — сразу поняла о чем речь Иришка. — Мы спросим Тео, может быть у него есть подходящие кандидатуры для твоих нетопыриков.
К тому моменту, как усталый издерганный Кастерс добрался до спальни, некромашка уже давно посапывала под боком у маркизы, Грегори плескался в ванне, довольно немузыкально напевая студенческую песенку о трех разбойниках и ведьме, а ненаглядная супруга что-то увлеченно читала. Рыжий прислонился к дверному косяку и замер, наблюдая за тем, как Аола свернув рулет из ветчины с пастилой, жмурится от удовольствия.
В груди теплело, а на сердце становилось легко-легко, когда он видел, как тихая улыбка играет на губах жены, как нежно она поправляет Миранде одеяло и весело фыркает, услышав очередное соленое словцо из некромантовой песенки. «Ни одна тварь до тебя не доберется, сладкая!» — мысленно пообещал Кас и шагнул к ней, к своей единственной.
