Графиня замка Ривердон

Мое положение сразу падало куда-то до уровня служанки. Ну и обращение могло быть соответствующим. Обычно незамужнюю аристократку сопровождали личная служанка и мужчина-слуга. И если первую я могла найти, ну или назначить, то со вторым были проблемы. Слуг мужского пола в замке не имелось.

— Значит, поедет Джон, — решила я и отправила управляющему магического вестника с этим радостным известием.

Джон в восторг не пришел. Но отказаться не посмел.

И потому в нужный срок мы трое сели в карету (дождь уже начинал накрапывать, а управляющий все же не простой слуга) и отправились на бал.

Пока я буду знакомиться с местной аристократией и демонстрировать всем свое древнее платье, Джон со служанкой и кучером подождут в комнате для слуг. Там их и накормят, и напоят.

Возвращаться мы планировали на следующее утро. Сразу после окончания бала отправимся в городскую таверну, там переночуем. Ну а утром, после завтрака, отправимся обратно, домой.

Поездка до города прошла спокойно, без приключений. Если не считать, конечно, приключением сильный дождь и порывистый ветер, которые временами заставляли карету трястись, как стебель тростника на бурном ветру.

В городские ворота, пока что открытые, мы въезжали уже по ливню с грозой, гром гремел вдалеке, предвещая нечто пугающее. В городские ворота, пока что открытые, мы въезжали уже по ливень с грозой. Кучер, надвинувший на себя козырек, как можно дальше, довез нашу троицу до самых дверей ратуши. И все равно я, в платье и плаще, умудрилась не только промокнуть, но и продрогнуть. И в холл, сверкавший и переливавшийся огнями, входила с мыслью: «Да неужели мы все-таки прибыли!»

Внутри было не только светло, но и тепло, словно само пространство обволакивало своих гостей уютом. Раздавался смех, разговоры, витающие в воздухе как песни птиц, и музыка, словно идущая из сердца самого здания. Я сняла и отдала свой плащ прибежавшему мне на помощь пареньку-слуге. Его золото-светлые волосы сверкали в свете канделябров, и умение так деликатно обращаться с нарядами клиентов заслуживало аплодисментов.

А другой слуга в это время уводил моих сопровождающих на кухню.

Из ближайшей прикрытой двери доносились звуки музыки и людские голоса. Туда-то я и вошла, в компании все того же слуги. Бал был в разгаре. Дамы и джентльмены всех возрастов толпились на паркете, выполняя сложные, на мой взгляд, движения, которые казались неестественными, но вместе с тем плавными, практически танцевальными.