— Никто не хочет ходить в церковь и быть осужденным каждое воскресенье, когда прихожане либо уже богаты, либо не хотят, чтобы их осуждали…
— За надежду разбогатеть, — закончила Одри.
— Добрые дела не нужны… кроме щедрых пожертвований церкви, конечно.
— Конечно. — Одри сморщила нос. — Церкви нужны деньги.
Именно.
— Вся эта вина и все эти активы, завернутые в красивую упаковку.
— Восхитительны, как шоколадный трюфель. — Одри облизнула губы, и ему пришлось выдернуть свои мысли из сточной канавы и вернуться к цели. — Снаружи твердая оболочка моральной порядочности, внутри сливочные, декадентские банковские счета.
Кальдар постучал по рулю.
— Подпишите чек и отправьте его в контору.
— А еще лучше, дайте нам номер вашего счета, мы возьмем на себя тяжелую работу по снятию средств за вас.
— Легкие деньги.
— Да. Церковь полная лохов.
Они посмотрели друг на друга и усмехнулись.
— Если мы объединим наши силы, как быстро, по-твоему, мы сможем очистить этот город? — спросила Одри.
Кальдар прикинул в уме.
— Через полгода мы станем миллионерами.
Быстрее, если ты «включишь южанку».
Они оба посмотрели на церковь и на детей перед ней.
— Значит, «Зеркало» хорошо тебе платит? — спросила Одри.
— Не хватит, чтобы купить особняк, — сказал он.
Они еще немного посмотрели на церковь.
— Иногда быть хорошими парнями — отстой, — сказала Одри.
— Ты действительно пошла бы на это? — спросил он.
Она покачала головой.
— Нет. Церковь должна быть местом утешения. Для некоторых людей это все, на что они могут опереться, когда случается трагедия.
Надо быть особым подонком, чтобы охотиться на это.
В этих словах слышалось эхо чего-то личного, но он знал, что если попробует разузнать, она захлопнет перед его носом все свои двери.
— Там полно подонков. — Кальдар завел машину. План сформировался в его голове.
— Да, у нас, кажется, никогда не бывает в них недостатка.
— Нам нужен кто-то внутри, чтобы понять, как работает все это цирковое представление у Йонкера.
— Ты хочешь провернуть аферу «день-ночь» и использовать мальчиков для ночной команды, не так ли?
То, как она улавливала ход его мыслей, было просто сверхъестественно.
Братья были идеального возраста, чтобы слиться с беглецами.
— Они могут с этим справиться.
— А если они не смогут?
— Эти парни пережили больше, чем большинство взрослых. В их возрасте я проворачивал аферы. Только не говори мне, что ты этого не делала.
— У нас с тобой не было выбора, — сказала она ему.
— Я спрошу у них. Я не буду приказывать.
