Помнишь банду в Бурлачьей Балке, из-за которой ты еще переживал так сильно? Выяснилось, что среди членов этой банды был Анатолий.
— Застрелиться и не встать! — только и прокомментировал Емельянов, залпом выпив стакан вина.
— Нун арестован не был. Сначала появилась информация, что его застрелили. По словам бандитов, был застрелен некий Толик. Но позже выяснилось, что убитый — уголовник Толян-Жмых, неоднократно судимый. А вот Анатолий Нун исчез в неизвестном направлении. Ты представить себе не можешь, как я его искал!
— Да уж представляю, — хмыкнул Емельянов.
— Обыскал все тюрьмы, влез даже в секретные тюрьмы и спецприемники КГБ. Нигде не было никакого следа! Я ничего не нашел. Он как в воду канул, растворился.
— Может, живет где-то под другими документами? — предположил Константин.
— Может. Но как найти его в таком случае, если по поддельным документам он залег на дно?
— Ну и ну… — Емельянову было понятно расстройство его друга. Так искать человека было все равно что иголку в стогу сена.
— Сегодня я сообщил Розе, что ничего не нашел, что следы Анатолия потеряны. С ней случилась истерика. Я не мог ее успокоить. Она сказала, что ей надо побыть в одиночестве, прийти в себя, и ушла домой, — мрачно закончил свой рассказ Стеклов.
— Что теперь делать? — нахмурился Емельянов. — Я могу чем-нибудь помочь?
— Поможешь, если случайно к тебе попадет какая-нибудь информация. Я все равно буду его искать и найду! — В сердцах Андрей стукнул по столу кулаком.
— Люди не исчезают бесследно.
Сам того не зная, Стеклов повторил собственную фразу Константина.
Они помолчали. И тут Андрей остро взглянул на Емельянова, и тот вспомнил, зачем пришел. Как всегда, Стеклов отлично умел прочитывать все мысли на его лице.
— Говори, — просто сказал он.
И Константин начал. Он стал рассказывать историю пропавшего режиссера, и сам даже не заметил, как заговорил с самого начала, вспомнив о Кашалоте, и о его жене, и об Але, и обо всем остальном.
Стеклов слушал не перебивая."
"— В том, что этот режиссер арестован нашим ведомством, я даже не сомневаюсь, — сказал он наконец. — Это я выясню достаточно просто. Другой вопрос: за что? Интересно, о чем он писал в своем пропавшем сценарии, если его за это арестовали?
— Что-то настолько крамольное, что от сценария не осталось и следа? — предположил Емельянов.
— След остался, и он найдется, — не согласился с ним Андрей.
