Гранд империи (СИ)

Срочно созданное правительство из заместителей, и генералов второго эшелона, приняло решение не вскрывать могилу, оставив всё как есть, а вторым решением, отменило объявление войны, и попросило прощения за действия предыдущего правительства и покойного императора.

Весь этот кровавый цирк в картинках, император Константин наблюдал практически в прямом эфире, иностранных и российских телеканалов, и заметках телеграфных агентств, охреневая от сюрреализма ситуации. Конечно, Князь Ковена, а после признания его европейскими ведьмами фактически Верховный Князь — значимая сила.

Но до сих пор, князья сидели тихо, не вмешиваясь в политику и войны, занимаясь внутренними проблемами. И лишь в редчайших случаях, принимали участие в боевых действиях, причём не в армии, а наводя гадости издалека.

А тут всё как-то внезапно случилось. Ещё вроде недавно Константин принимал у себя в кабинете посла Японии, который многословно сетовал на дурной характер молодого князя, и как им всем будет обидно, потерять его во цвете лет.

Слегка завуалированные угрозы император прервал пожеланием самим попробовать воплотить в действия, и в ответ пожаловался, что Соколов — частное лицо, и повлиять на него, нет ну никакой возможности. Тем и расстались, а уже через сутки, японцы попытались провести через границу в Манчжурии караван наёмников, из числа якутов и эвенков, для организации убийства Соколова. Группу перебили полностью, оставив в живых лишь тех, кто мог что-то рассказать, и всю информацию слили в Ковен.

Дальнейшая эскалация конфликта, произошла уже сама собой, и у Японии на первый взгляд существовали все шансы задавить одного нахального Князя Сумерек.

Так считала Имперская Стража, так считали советники императора, так в конце концов считал сам Константин Первый, намереваясь вмешаться лишь тогда, когда вокруг Соколова станет действительно «горячо».

Но все хитрые планы пошли по синусоиде, когда по Японии прилетело сразу несколько таких ударов, что впору было задуматься и другим государствам. Впечатлённые до колик жители островов, сразу фактически подписали капитуляцию, занявшись сугубо медитативным делом — выборами нового императора.

Сначала Константин хотел вызвать Соколова и отчитать, затем, подумал, и решил высказать при первом удобном случае, а после, когда волна улеглась, и появилась возможность спокойно взвесить все детали, сделал вид, что ничего особого не случилось. Как-то вдруг, отдельно взятый руководитель общественной организации, поломал целую страну.