Гранд империи (СИ)

Пришлось нанимать людей и скупать ядра добытые на сопредельных территориях, в Германии и у ханьцев. Но и это не сняло проблемы. Пришлось в срочном порядке создавать научную группу, которая вот уже второй месяц безрезультатно штурмовала этот вопрос.

Сам Владимир покрутив тему в голове склонялся к тому, чтобы создать управляемый прокол в нужную мерность через который можно тянуть энергию. Пусть немного, но таких дырочек может быть не одна и не две. Но обсудить этот вопрос лучше с тем, кто в теме многие сотни лет.

Кортеж остановился и люди из охраны высыпали наружу.

— Так. Владимир строго оглядел парней и девчат. — Отставить цирк. Здесь вам не блатная хата, и не загородный клуб. Здесь любой лаборант опаснее артиллерийской батареи. Поэтому со мной пойдут Галя и Лена. Остальные могут расслабится.

Поднявшись по широченной лестнице, Владимир увидел спешащего к нему молодого человека, который и проводил в кабинет руководителя института.

Оставив девушек в приёмной, Соколов постучал в дверь, и вошёл внутрь.

Кабинет оказался совсем небольшим, и скорее всего предназначался именно для приёма посетителей, потому как был совершенно обезличен, и нейтрален. Квадратный зал восемь на восемь метров, застланный толстым ковром, у дальнего края монументальный стол, с внушительной батареей телефонов, а справа у широких окон, четыре кресла вокруг столика, где уже стоял чайный сервиз и бутылка коньяка.

— Владимир Алексеевич. — Топорков одетый как всегда в слегка мятый костюм, неловко склонил голову.

— Добрый день, Семён Михайлович. — Владимир поклонился в ответ. — Спасибо что нашли для меня время.

— Как не найти время для Князя Сумерек. — Без тени иронии произнёс грандмастер. — Во всех московских домах, вы — главная темя для обсуждения потеснив даже цесаревну Наталью. А уж ваши ведьмы, совсем взбаламутили наше сонное болото. — Топорков показал на кресло, и дождавшись пока гость сядет, сел сам, и стал наливать чай. — И что особенно раздражает московских кумушек, ведёте вы себя словно вполне взрослый и сознательный мужчина.

Кое-кто стал поговаривать о новых технологиях омоложения, и даже ко мне с этим прибегали. — Семён Михайлович негромко рассмеялся и пододвинул чашку к Владимиру. — Но я думаю, что у вас либо пробуждение родовой памяти, либо замена тела.

— Всё ещё проще, Семён Михайлович. — Владимир рассмеялся. — Просто память предыдущей жизни. А поскольку жизнь была крайне насыщенной, то и памяти немало.

— Да, это многое объясняет.