Грани чести

– Дёмин, если ты отлупил двух никчемных идиотов, то это не значит, что так получится со всеми, – с ленивой улыбкой, произнес он. – А ещё тебе следует помнить, что за свои слова надо отвечать!

А в следующее мгновение он очень быстро, одним плавным движением, оказался рядом со мной и нанес удар.

Нет, даже не удар – оплеуху. Практически без замаха. Но она была настолько мощной и стремительной, что даже воздух возмущенно загудел. Достигни эта оплеуха цели, и тут бы всё и закончилось. Плачевно для меня. Сомневаюсь, что даже в прежнем своём теле, я бы устоял после такого.

Но она цели не достигла. Я успел присесть, одновременно с этим разжав правую руку и бросив портфель на землю. А левой нанес удар, снизу вверх, по нижним, колеблющимся, ребрам. Удар вышел на славу. Мой противник даже непроизвольно ойкнул.

Но на этом я не остановился. Сделал подшаг вперед, оказываясь с ним на одной линии, резко распрямился и влепил ему сильнейший удар локтем в затылок.

Пострадали мы оба. У меня от внезапной боли, прострелившей всё тело, потемнело в глазах и, кажется, даже слёзы выступили.

А мой оппонент, видимо не ожидавший таких активных действий от какого-то Дёмина, по инерции сделал несколько шагов и рухнул лицом вперед.

Но в следующую секунду упруго вскочил на ноги и развернулся в мою сторону. И вот теперь он, похоже, действительно разозлился. Но что самое удивительное, последствий от удара, который отправил бы в нокаут даже хорошо тренированного человека, не наблюдалось.

– А ты неплох, Дёмин! – с кривой улыбкой на лице, больше напоминающей оскал, произнес мой противник. И добавил: – Тебе же хуже!

И атаковал снова. В этот раз по-настоящему, без оплеух.

А я не смог увернуться даже от первого удара. В голове шумело, а окружающий мир расплывался, словно это не он, а я пропустил удар по затылку.

Закончилось всё быстро, после четырех ударов, которые я прочувствовал каждой клеточкой своего тела.

Боль была просто невыносима! Я оставался в сознании, но не видел ничего вокруг. Казалось, что даже дышать не получается. И это длилось целую вечность.

Боль отступила так же внезапно, как и пришла. И в этом, похоже, была заслуга нового целительского артефакта. И, кажется, именно благодаря ему я не вырубился.