Грани чести

А после просто не успел закрыться, и получил молниеносный удар в правое плечо.

Вражеский клинок пробил плоть в районе ключицы, и на половину лезвия вышел с другой стороны.

Теперь не дышали, кажется, абсолютно все зрители. Маркус стремительно бледнел, глядя в глаза своего врага. А Каганов улыбался. Простояв так пару секунд, он сделал быстрый шаг назад, увлекая за собой меч. Стоило клинку выйти из раны, как Маркус с протяжным стоном опустился на колени.

– Стоп! – выкрикнул Наблюдатель. – Вторая кровь! Боярич Дёмин, вы можете продолжать?

Маркус молчал.

Он глазами полными боли и бессильной злобы смотрел на своего врага. А кровь из пробитого плеча стекала по руке так и не выпустившей меч. А затем, в который уже раз за сегодня, Василиса вновь увидела что-то невероятное. Когда кровь боярича Дёмина залила ему всю руку и достигла ладони, которая всё ещё сжимала меч, Маркуса тряхнуло, словно от удара молнии, а его глаза на миг полыхнули красным.

В следующее мгновение Маркус бросил на песок кинжал, легко, словно не замечая ранения, переложил в левую руку меч и поднялся.

"

"– Продолжаем, – глухим и словно бы чужим голосом, произнёс он. И атаковал.

Боярич Каганов, что всё ещё продолжал мстительно улыбаться, успел лишь удивлённо раскрыть глаза и попытался парировать удар. Но Маркус каким-то невероятным образом довернул свой клинок, и удар прошел.

– Стоп! – громче, чем прежде закричал Наблюдатель. – Третья кровь! Победитель боярин Дёмин! Целителей на Арену! Срочно!

Но целители, как и все остальные зрители, замерли и смотрели на боярича Каганова.

А последний удивлённо рассматривал свою руку, что лежала на песке Арены и продолжала сжимать меч.

И лишь одна Василиса видела, как глаза Маркуса снова на мгновение полыхнули красным, а затем он, словно разом лишившись всех сил, плашмя рухнул на спину.

Эпилог

Огромный исполинский дуб поражал своим размерами. Он был настолько большим, что казался нереальным. Стоп! Точно! Нереальным. И дуб, и эта поляна, и костер – всё было каким-то чуть-чуть ненастоящим.

Кроме того, за пределами этой большой поляны ничего нельзя было рассмотреть. Всё пространство окутала серая непроницаемая завеса.

Единственное что, а точнее – кто, казался реальным, так это воин, что сидел на бревне рядом с костром.

Мощный, широкоплечий, опасный. Он пристально вглядывался в моё лицо и с каждой секундой всё сильнее и сильнее хмурился. Но молчал. То ли давая мне время осмотреться, то ли попросту не зная, что со мной вообще делать.