Гражданин начальник

И я через него прошла... Это никому легко не дается. Я вот сломалась... – Она подняла пустой стакан, повертела его перед глазами. – А ты держись... Помочь? А чем я могу тебе помочь?

– Может быть, вы знаете, где они могут быть?

– Хм, можно подумать... В вашем гараже их нет?

– Дома у них побывал?

– Есть еще пара мест... Но после смерти Заварзина и Голдобова эти точки накрылись... Остается... Остается, – она шало блеснула глазами, – остается дача Голдобова.

– Дача? – Взгляд Андрея остановился.

– Никольское шоссе. За семнадцатым километром крутой поворот направо.

Зеленые железные ворота. А над каждой половинкой ворот – голубок из листового железа. Когда ворота закрыты – голубки оказываются клювик в клювик. Где-то на юге он такую красоту увидел. Ворота зеленые, а голубки белые. Очень красиво, – Лариса выплеснула в стакан остатки водки.

Андрей уже стоял в дверях, прикидывая, как удобнее уйти.

– Подожди, – сказала Лариса. – Не торопись... Я дам тебе одну вещь, но с условием... Никогда и ни при каких обстоятельствах не скажешь, где взял.

Договорились?

– Хорошо. Если бы ты стал убеждать, не поверила бы... А так – верю.

С неожиданной легкостью она поставила стул в проходе, взобралась на него и сняла с антресоли металлическую кастрюлю. Когда Лариса спрыгнула на пол, Андрей увидел, что кастрюля доверху наполнена орехами. Не раздумывая, Лариса тут же в коридоре опустилась на колени и, перевернув кастрюлю, высыпала на пол все ее содержимое. На горке рассыпающихся орехов оказался сверток из газетной бумаги.

Осторожно взяв сверток, ощутив его форму, тяжесть, Андрей понял – пистолет.

– Пользоваться умеешь?

– Приходилось... В армии.

– Обойма только одна. Но на месте. На предохранителе.

– Не пригодится – выбросишь. Мне он не нужен. Возвращать не надо. – Она опустила голову, и ее длинные волосы упали, скрывая лицо. – Коля убит, Илья убит, Саша убит... Что происходит?

– Я пойду, мне пора.

– Ни пуха, мальчик. Держись. Никольское шоссе... Сразу за семнадцатым километром... И ворота с голубками.

.. Клювик в клювик... Какая дурацкая пошлость! – вдруг сказала она с неожиданной злостью. – Не так ли и мы с тобой, Ларочка! – передразнила она кого-то и сплюнула от отвращения.

Пафнутьев уже положил трубку, но все еще, казалось, слышал рыдания этого в общем-то сильного парня. И почему-то вспомнилась давняя история из школьного учебника – заяц, загнанный собаками, бросается к ногам охотника в поисках защиты. И охотник его спасает от собственных же разъяренных псов.