Замешательство закончилось в доли секунды, вернее, было нещадно загнано внутрь. Но боли пока нет, она пока что не допустит боли...
Руки пришли в движение, поправили густую гриву рыжих волос, отложили мужнину рубашку. Руки двигались сами, давая хозяйке драгоценное время, чтобы собрать себя по кусочкам, чтобы выдержать удар.
Отошла в сторону, вскинув ладони. А он быстро и без лишней нервозности снова стал складывать в чемодан свои вещи. Походу, уже давно для себя все решил? Ах-ха-ха...
Шок. Мир рушился на глазах.
Ее мир. То, что она считала незыблемым, вечным. Крепким. Верила в их любовь, как в то, что завтра взойдет солнце.
И тут он заговорил:
- Квартиру я временно оставляю тебе и сыну, пока не найду удобный для вас вариант. И, разумеется, содержание. Это никак не отразится. И еще, Вера, то, что происходит между нами, не должно как-то касаться Володи. Я буду...
Внезапно так ясно все стало, так убийственно ясно и просто. Но все же надо было проговорить.
- Скажи, ты уходишь, потому что у тебя.
.. кто-то есть?
Он внезапно осекся. Руки дернулись, метнулся взгляд.
- Это не имеет значения. Наш брак просто изжил себя. Ты и сама... могла бы это заметить.
И снова его руки быстро задвигались, складывая барахло в чемодан. А Вера смотрела. Ведь... черт побери! Эти проклятые трусы, носки, футболки, все, что он туда запихивал, были частью ее жизни. Ее частью! А он выдирал это по-живому.
Так просто. Изжил. А она не знала.
Кошмарный сон. Ущипнуть себя и проснуться.
Господи, какая она дура! Не было никаких командировок, у него просто ДРУГАЯ.
А она тут размякла, на феерический секс настроилась. Ах-ха-ха! Романтический ужин при свечах?
Самой себя противно стало. И так смешно, до идиотизма, до одури.
- Ты прав, - проговорила Вера. - Извини, что не сразу поняла.
Что уж там задели в нем эти слова, но Александр вдруг вскинул голову и застыл, вглядываясь в ее глаза. Потом выдал:
- Я рад, что ты отреагировала разумно.
Его голос причинял боль, как будто резал что-то внутри, но Вера смогла не отвести взгляд.
- А ты чего-то другого ожидал?
Александр поморщился, уставившись куда-то в левый верхний угол, и проговорил:
- В принципе, я... надеялся на понимание.
Понимание.
Пока все это происходило, мозги-то работали, переваривали информацию. И понимание просачивалось ядом в кровь. Ведь ей же завтра надо как-то объяснять все это Вовке. Но пусть это будет завтра, не сейчас. Сейчас главное не сорваться и не заорать. Не разбудить сына.
