Гребень Маты Хари

Он уже надышался воздухом свободы, вымок до нитки и хотел вернуться домой, к любящей хозяйке и надежной мисочке с кормом. Он подошел к краю балкона, измерил взглядом расстояние до родной форточки…

И понял, что в один прыжок его не преодолеть, а в два прыжка пропасть не перепрыгнешь. Как у него это вышло первый раз, кот и сам уже не понимал.

Кот посмотрел на хозяйку и снова жалобно мяукнул. Как во всех трудных случаях, он надеялся только на нее.

Мария Петровна почувствовала щемящую боль в груди – там, где, по ее представлениям, находилось сердце.

Впрочем, самым простым было связаться с Ниной.

Мария Петровна набрала номер соседки и, услышав знакомый голос, проговорила трагическим тоном:

– Нина, у тебя на плите ничего не стоит?

– Выключи. А то, не ровен час, выкипит и подгорит или, того хуже, зальет горелку.

– Мария Петровна, соседка твоя.

– А что случилось-то? Пожар?

– Типун тебе на язык! Котик мой к тебе на балкон перебрался.

– Котик? – Нина хорошо помнила соседского кота и относилась к нему с большой симпатией. Кроме того, она так или иначе собиралась приехать, чтобы проведать свою квартиру. Поэтому долго уговаривать ее не пришлось. Она, правда, немного поворчала для порядка, внушила Марии Петровне, что делает ей огромное одолжение, но все же отправилась в путь.

Меньше чем через час она поднялась по лестнице и подошла к двери своей квартиры.

– Открой, Нина, скорее! Он там плачет, видно, очень испугался! Спасать его надо!

– Ничего ему не сделается! – проворчала Нина, доставая ключи. – Коты, они знаешь какие живучие!

– Это может другие, а мой Мурзик уже старенький, и у него нервы не в порядке.

Нина повернула ключ в замке, открыла дверь и отступила в сторону, пропуская Марию Петровну, которой не терпелось воссоединиться с Мурзиком.

Мария Петровна торопливо шагнула вперед и едва не упала, зацепившись ногой за что-то большое и тяжелое, валявшееся прямо у порога.

– Что это тут у тебя лежит… – проворчала она, собираясь перешагнуть через неожиданное препятствие, но тут через прихожую пронеслась серая и пушистая шаровая молния и с оглушительным воплем повисла у нее на груди.