Греховный поцелуй

Он с самого начала знал, что его надежды беспочвенны. Он ее не заслуживал. Он не заслуживал счастья. А чем была она, если не источником счастья? Без нее его жизнь снова обратилась бы в ничто.

Он долго смотрел на нее. По крайней мере у него оставался ее портрет. Эти бесстрастные мазки всегда будут напоминать ему о том коротком отрезке времени, когда он был счастлив.

Не важно, куда она уедет, она всегда будет владеть его чувствами, его душой. Он будет любить ее до смерти и после смерти.

Он подумал, что молчание было хуже всего — хуже криков, хуже ударов ножом.

Но он не мог изменить прошлое. Он провел десяток лет, пытаясь забыть его, и все-таки с семнадцати лет для всех оставался объектом презрения.

Эванджелина велела ему поспешить, чтобы задержать и обвинить Франсину. Очень хорошо. Он сделал бы все, о чем бы она ни попросила.

Возможно… Возможно… если он попытается, он сможет как-то оправдать себя в ее глазах.

Он должен верить, что надежда есть. Надежда на будущее с любимой женщиной.

Если же ничего этого не будет, ему лучше умереть.

Бросив последний взгляд на потупленное лицо Эванджелины, Гэвин нырнул за ближайшую тайную панель, в тень проходов между стенами.

Глава 26

— Куда, черт возьми, они поехали? — спрашивал он мисс Стентон уже в третий или четвертый раз. — Я надеялся, что вы за ней проследите.

— Я и собиралась проследить за ней.

Она стояла перед ним, ломая руки."

"— К тому времени, когда я спустилась с лестницы, она уже уехала. Мистер Тисдейл тоже уехал. Они еще до завтрака распорядились заложить свои кареты.

— Мне плевать на Тисдейла, — взорвался Гэвин и врезал кулаком по стене. — Мне важно знать, где Франсина. Куда, черт побери, поехала она?

— Не знаю, — закричала девушка. — Я уже сказала вам, что не знаю! Спросите свою сестру. Они разговаривали перед завтраком.

Он круто повернулся и помчался на поиски Роуз. В столовой ее не было. В спальне тоже.

Она оказалась наверху, в детской — читала книгу близнецам. Джейн и Нэнси пристроились на софе рядом с ней.

— Первое, что я хочу знать, — загремел он вместо приветствия, — где Франсина Радерфорд?

На него уставились пять пар испуганных глаз.

— Я думаю, на пути к одному из их загородных имений, — нерешительно ответила Роуз.