– Раздевал меня тоже ты?
– Тоже я.
А кто бы еще тебя раздел?
Она краснеет. Наконец-то на эти бледные щеки вернулся цвет. Идеально ровные зубки прикусывают нижнюю губу. Я едва подавляю стон.
– Мы не…? – шепчет она, уставившись на свои руки.
Иисусе, она что – за зверя меня принимает?
– Анастейша, ты была в коматозном состоянии. Некрофилия – это не мое, – сухо отвечаю я. – Я предпочитаю, чтобы женщина была жива и реагировала.
От облегчения она оседает, и я задумываюсь, не случалось ли ей и прежде напиваться и просыпаться в постели с незнакомцем, который трахал ее в бессознательном состоянии.
Возможно, именно так поступает с девушками тот фотограф. Это меня сильно тревожит. Хотя я помню, как вчера она призналась в том, что никогда раньше не напивалась. Слава богу, это не вошло у нее в привычку.
– Мне очень стыдно, – покаянно говорит Ана.
Черт! Стоит быть с ней помягче.
– Да, весело провели время. Вечер надолго запомнится.
Тон мой примирительный, однако она хмурится.
– Нечестно использовать всякие шпионские технологии, которые вы там у себя разрабатываете, чтобы следить за девушкой.
Ух ты! Да она вне себя! Почему?
– Во-первых, отследить мобильный телефон можно по Интернету.
Точнее, по скрытому Интернету.
– Во-вторых, моя компания не занимается производством аппаратуры для слежки и скрытого наблюдения. – Я уже на взводе и потому сдержаться не в силах. – И в-третьих, если бы я за тобой не приехал, ты бы проснулась в постели фотографа, а насколько я помню, ты была не в восторге от такого ухажера.
Ана пару раз моргает, потом начинает хохотать. Она снова надо мной смеется!
– Да ты просто рыцарь из средневековой легенды!
Она со мной заигрывает, подначивает, и ее дерзость меня здорово заводит. Впрочем, иллюзий я не питаю – никакой я не рыцарь в сверкающих доспехах. У нее создалось обо мне совершенно неверное представление. Хотя это и не в моих интересах, я обязан ее предупредить: мне не свойственны ни благородство, ни обходительность.
– Нет, Анастейша, совсем не похож. Разве что на темного рыцаря.
Если бы она только знала… Почему мы снова говорим обо мне? Сменю-ка тему.
– Ты вчера ела?"
"Она качает головой.
– Обязательно надо есть. Ты пила на голодный желудок, поэтому тебе было так плохо. Если честно, Анастейша, это самое первое правило, когда пьешь.
– Ты и дальше будешь читать мне мораль?
– А это так называется?
– По-моему, да.
– Ты еще легко отделалась.
