Грешная девственница

Молодая женщина вернулась за стол, машинально поправила нож для разрезания бумаги и чернильницу, пытаясь собраться с силами, чтобы покинуть эту комнату. Наверное, где-то здесь, в ящиках стола, должна быть писчая бумага и сургуч. Ей лучше проверить, все ли на месте.

Лора открыла неглубокий ящик с правой стороны и нашла там дорогую бумагу, нож для заточки перьев, тонкую свечу и кольцо воска. Все так, как и должно быть. Лора потянула к себе ящик с левой стороны, но тот не поддался. Наклонившись, она обнаружила, что ящик заперт.

Дерево ящика дало усадку, и был виден язычок замка. Она машинально взяла нож для разрезания бумаги и просунула его в щель. Хрупкий замок щелкнул и открылся. Лора выдвинула ящик.

Тот оказался пустым, если не считать порванного и много раз сложенного кусочка бумаги. Сгорая от любопытства, Лора взяла его и расправила на столе. Это был не целый лист бумаги, а лишь оторванная от него четвертая часть с потрепанными краями. Кроме коричневого пятна, на нем можно было разобрать лишь несколько слов.

Тут Лора догадалась, что смотрит на клочок собственного письма. Лора написала это отчаянное письмо Пирсу, когда тот отправился в Испанию, а она обнаружила, что беременна от него.

Коричневое пятно, наверное, кровь Пирса. Она отдернула руку, затем устыдилась собственной брезгливости и провела кончиком пальца по нескольким словам, которые с трудом можно было разобрать. Она вспомнила, что тогда писала ему. Лора писала о своем страхе и вере в Пирса, несмотря на то что тот откровенно бросил ее.

Лора писала об охватившей ее тревоге и отчаянном желании найти в себе новые силы.

Лора не помнила, сколько просидела за столом, прежде чем догадалась, что Пирс хранил ее письмо под мундиром у самого сердца. Вот почему оно порвалось и покрылось кровью Пирса. Он умер, зная, что она любит его, что станет отцом. Лора надеялась, что Пирса эта новость обрадовала, хотя он, как и она, наверное, испытывал дурные предчувствия.

На руку Лоры что-то капнуло, и она догадалась, что безмолвно плачет.

Слезы струились по ее щекам. Несчастная женщина достала носовой платок и прижала его к лицу.

– Как это трогательно.

Лора вздрогнула, и клочок письма выпал из ее рук. Эйвери шагнул через французское окно.

– Это мое последнее письмо Пирсу. – Почему лицо Эйвери вдруг окаменело? Неужели потому, что она открыла запертый ящик? Лора ответила на безмолвный упрек: – Я знаю, ящик был заперт. Я не собиралась совать свой нос в чужие дела. Наверное, я открыла его инстинктивно.