Грешная девственница

Я поступил совсем плохо, – решительно признался Эйвери. – А плохой человек испугал маму в парке, но он уже исчез и больше никогда не вернется.

– Значит, сейчас все в порядке? – спросила Алиса. В ее голос снова вкрались тревожные нотки. – Даже после того, как выяснилось, что папа не мой настоящий отец, а мама… моя настоящая мама?

– Сейчас все в порядке, – ответил Эйвери. – Взрослые иногда совершают ошибки, но мы не можем говорить всем, кто есть кто, иначе некоторые люди станут плохо относиться к маме. Но теперь мы одна семья, и никто не сможет сделать нам ничего плохого.

– А кузен… кузену Пирсу это понравилось бы? Расскажите мне о нем. – Алиса вскочила, обвила руками шею Эйвери и поцеловала его. – Я не люблю его так, как тебя, папа. Но мне хочется узнать о нем больше.

Лора смотрела на мужа и дочь сквозь пелену слез. Похоже, Эйвери лишился дара речи.

– Мы часто будем говорить о нем, – обещала Лора. – Он бы очень, очень гордился тобой, Алиса.

Тут Эйвери обеих привлек к себе. Так они сидели обнявшись и тихо шептали друг другу слова утешения.

Никто не смог удержаться от слез, но, когда Лора наконец-то поднялась, взяла дочь за руку и повела наверх умыться и причесаться, все смеялись от счастья и облегчения.

– Ты устала? – спросил Эйвери Алису, которой разрешили остаться на ужин. Но та уснула, опустив голову на скатерть.

Девочку отнесли в постель.

– Я совсем выбилась из сил, – призналась Лора, нетвердой походкой вошла в спальню Эйвери и рухнула на постель. – Спуститься вниз к чаю уже не осталось сил.

Но похоже, уснуть мне тоже не удастся.

– Ты счастлива? – спросил Эйвери. Он сбросил туфли, прислонился к столбику кровати и развязал шейный платок. Дверь гардеробной отворилась. Эйвери крикнул: – Дарк, на сегодня все! Спасибо. – Дверь затворилась, и он лег на постель рядом с Лорой.

– Счастлива? Даже не могу найти подходящих слов. Такое ощущение, будто все сомнения, тревоги и страдания улетучились. Я чувствую себя так, будто родилась заново. Кажется, будто этот дом пуст и в то же время полон.

У меня в голове все перемешалось, – добавила Лора, когда Эйвери рассмеялся. – Я счастлива, довольна. Меня охватывает ужас при мысли, что все это может оказаться лишь сном, стоит мне только проснуться.

Лора повернулась на бок и оперлась локтем о кровать. Эйвери лежал на спине, закрыв глаза. На его губах играла блаженная улыбка.

– Как ты себя чувствуешь?

Эйвери открыл глаза и смотрел на нее так долго, что щеки Лоры порозовели от столь пристального взгляда.