Грешная девственница

 – Лакомый кусочек. Я могла найти и другие слова, но они не очень пристойны. – Меб намазала маслом кусок гренка и сверху положила щедрый слой сливового варенья. – Вообще-то я видела его, когда он проезжал мимо вчера утром. У него широкие плечи. И сильные бедра, – добавила она. – Сразу видно, что в постели с ним уж точно не придется скучать.

– Я ведь женщина. У меня есть глаза. К тому же я чувствую, как бьется мой пульс. Разве я говорю что-то не так? У него крупный нос, а ноги…

«У Пирса тоже были длинные ноги… – отметила Лора про себя.

 – Я не лучше своей служанки».

– Ладно, я ведь тоже живое существо. Эйвери Фолконер весьма привлекателен. И умен. Он добр к Алисе. Он мне нравится. Но я все равно не могу простить его.

– Мужчину прощают даже за серьезные проступки. Разве нужно прощение за то, что он дал ребенку любовь и крышу над головой? – Меб жадно доела гренок и принялась за чай. Вы с мистером Пирсом заварили такую кашу… Тогда вы не удосужились пораскинуть своими… а точнее говоря, вы вообще не думали, если мне будет дозволено так сказать.

Вам следовало добиться, чтобы он женился на вас, прежде чем прыгать к нему в постель. А ему следовало позаботиться о вас, а не предоставить все воле судьбы. И не смотрите на меня так. Вы ведь знаете, что я говорю правду.

Слова Меб прозвучали точно пощечина. Нет, казалось, будто на Лору вылили ушат холодной воды. На нее и на ее любовь. Первая любовь, страсть, чистая романтика. Хотя оба влюбленных вели себя безрассудно. Лора строила воздушный замок, поселила в него своего идеального рыцаря, своего доблестного воина, но у нее не хватило ума сообразить, к чему приведут постельные утехи с мужчиной, который скоро отправится на поле брани.

Пирс ведь не очень-то старался вести себя как джентльмен, он был скорее сексуально озабоченным новобранцем.

У Лоры было достаточно времени, чтобы разобраться в своих девичьих фантазиях. Вечной любви не бывает, иначе бы она не чувствовала бы такого приступа влечения к Эйвери Фолконеру. Разве Эйвери виноват в том, что он руководствовался достойным уважения чувством долга к семье, к ребенку кузена, которого он явно очень любил? Эйвери взял Алису к себе ради Пирса.

Меб настороженно глядела на Лору, явно ожидая нагоняя за свое наглое поведение. Как она осмелилась говорить так откровенно?! Или же ее ждет море слез.

– Спасибо, Меб. Ты права. – Конечно, Лоре было больно. Ей было стыдно услышать столь горькую правду, да еще от служанки. Такое ощущение, будто на ее теле вскрыли фурункул.