Она была готова пожертвовать своей добродетелью, но она не знала, что может потерять свое сердце.
Не потому, что он красив, обаятелен, не потому, что он богат и знатен. Даже не потому, что он искушен в делах секса.
Но потому, что он нравился ей, потому, что она переживала за него, была без ума от его нежности и искренности. Его глаза открылись, в них появились настороженность, беспокойство. Она улыбнулась и снова скользнула по нему рукой.
Что теперь? Она знала, что он скажет ей, если она сделает что-то не то.
Крессида стала ласкать его двумя руками – сначала одной потом другой.
Пришел медленный, успокаивающий ритм; она позволила одной руке дойти до самого верха. Головка казалась чувствительной. Такой же чувствительной, как и ее самое интимное место.
Она услышала, как он вздохнул, задвигался.
– Умница Крессида, – прошептал он. – Но готова ли ты немного запачкаться?"
"Она поняла, что он имеет в виду. Капелька жидкости уже показалась на кончике.
– Да.
– Оберни его поясом.
Она покраснела от смущения, но это не было неприятно, и ей не хотелось отступать.
Разгадка еще одной тайны найдена ею. Это приводило ее в возбуждение.
Слыша свое сильно бьющееся сердце, она подняла черный шелковый пояс, провела поясом по нему, наблюдая за его реакцией.
Трис рассмеялся.
– Бесстрашная исследовательница! Но мне нужны твои руки.
Откровенная просьба. Крессида стала гладить его под шелком, пытаясь почувствовать его реакцию. На этот раз она следила и за его лицом.
Секунду спустя он закрыл глаза. Его губы стали двигаться в том же ритме, что и ее руки.
Выражение его лица стало почти болезненным.
Она обнаружила, что ускорила свои движения, соревнуясь со своим пульсом и его дыханием, подгоняя его.
Трис напрягся и застонал, Крессида почувствовала, как из него извергается семя. Она пыталась рукой уловить это семя и удержать Триса, тело которого подергивалось снова и снова.
Крессида тоже глубоко дышала, она понимала, где он сейчас и что чувствует. Она радовалась, что сделала это для него, но ей хотелось тоже пережить подобное.
Хотелось того, что они не могли сделать. Он открыл глаза и улыбнулся.
– Спасибо.
Он сел, взял у нее пояс и бросил его на пол. Она чуть было не сказала ему то, о чем думала: после этой ночи ее жизнь станет пустой.
– Но разве мы уже закончили?
Он расхохотался.
– О нет! Пока мы оба бодрствуем, мы не закончим. Теперь моя очередь намазать тебя маслом. Всю…
Глава 17
Крессида открыла глаза и попыталась вспомнить, когда она заснула.
