Грешница

Ян подошел ближе, вглядываясь в лицо девушки, она была напугана, большие светло-карие глаза смотрели с тревогой, а под ногами валялись цветы. Он как-то сразу подобрался, внутри вспыхнул гнев, сжал кулаки. А то, что рядом с ней стоял здоровый мужик и пялился на нее, Яну совсем не понравилось. Подошел, оттесняя его, закрывая девушку собой.

— Что здесь происходит?

— Да вот, испугалась меня. Я ведь только помочь хотел, ты уже, это, парень, объясни своей жене, что не все злодеи на проселочных дорогах.

Жене?

Ян улыбнулся, прижал испуганную девушку к себе, обнимая сильными руками, пряча ее удивленное лицо на своей груди.

— Да, она у меня такая трусиха. С ней постоянно что-то случается, вот, колесо пробила за час второй раз. То, вот, от испуга шарахается.

— Бабы за рулем — совсем беда. Ну, бывайте, — Тот, что назвался Валерой, бодро зашагал к своему пыльному «Патриоту», разворачиваясь, махнул рукой и уехал.

Все это время Ян прижимал девушку к себе. Она не сопротивлялась и так идеально подходила под него, словно совпали два кусочка мозаики, ее хрупкое тело и его руки, она была ему ровно до подбородка.

Он чувствовал, как она напряжена, погладил по спине, вокруг витал невероятный аромат каких-то цветов, окутывая их.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Чем так пахнет?

— Незабудки.

Кира поняла, о чем он спрашивает, тихо ответила, сердце медленно успокаивалось, в его руках было спокойно, а вот так обниматься посередине леса с человеком, которого она видит второй раз в жизни, было так привычно и нормально, что она даже этому не удивилась.

Сегодня вообще странный день, неизвестно, что он приготовил ей дальше.

— Муж?

— Надо было как-то себя обезопасить. Он так напугал меня, думала, сейчас изнасилует в кустах и убьет потом.

Вся та злость и непонятная агрессия на этого мальчишку как-то странно прошла. Сейчас он не был таким наглым и самодовольным, может, это стресс, и она просто ничего не замечает?

Ян снова улыбнулся, прижал Киру к себе чуть крепче, пользуясь ее состоянием, а то еще немного, и вернется та колючка, которая так деликатно его отшила совсем недавно.

Было непривычно так стоять и просто обнимать девушку, он обычно брал то, что хотел, и шел дальше, на нежности и всякого рода пустяки не было ни желания, ни времени.

Он все еще хотел попробовать ее соски на вкус, накрыть грудь ладонью, почувствовать, как та ляжет в его руку.