Грешница

Прости меня, прости за все, даже если не простишь, я буду говорить эти слова снова и снова. Прости, что тогда поверил своим глазам, ничего не спросив, просто увидел, что хотел видеть. Прости, что тебе довелось это пережить.

— Ты все знаешь?

— Да. У тебя хорошая подруга, — в лунном свете Ян был еще бледнее, под глазами темные круги, сухие губы.

– Ты очень изменился, ты теперь не тот наглый парнишка, что клеил меня в автосервисе на окраине, соблазняя и разглядывая.

— Совсем не тот. Давно уже не тот.

— Но мне так нравился он.

Ян лишь грустно улыбнулся.

— Как папа? — сама не поняла, зачем спросила.

— Умер, в вечер приема был приступ, несколько часов назад были похороны. Извини, я не мог приехать раньше.

Кира промолчала, снова повисла тишина, отвернулась к морю, по щекам текли слезы.

— Как невеста?

— Нет и не было никакой невесты, и не могло быть."

"Их разделяло всего два шага, Ян решительно сделал их, прижимая так крепко девушку к себе, что, казалось, задушит. Зарываясь в ее волосы руками, вдыхая ее запах.

— Я так люблю тебя, ты не представляешь, как. Очень люблю.

Кира всхлипнула, цепляясь за рубашку Яна, отстранилась, чтоб заглянуть ему в глаза

— Ты знаешь, наверно, все, что произошло, должно было произойти, иначе мы бы просто ничего не поняли.

— Так ты простила меня?

— Подожди, теперь ты не перебивай. Я сама еще год назад была другой, веселая интрижка с парнем моложе меня на девять лет была просто интрижкой. Я бы не поверила твоим словам тогда, ты — избалованный мальчишка, я — взрослая тетка, какая может быть любовь? Это ты прости, что не сказала все сразу, что устроила тот спонтанный спектакль, а потом просто умирала, проклиная себя за все.

— Я знаю, знаю, родная, только не плачь.

— Но теперь я не потеряю его. Точно не потеряю.

— Кира?

Ян берет ее за лицо, до боли в висках вглядывается в ее глаза, кажется, что сейчас нервы лопнут, как туго натянутая струна, и его разорвет на части, если то, что он думает, будет неправдой.

— Я люблю тебя, мой сумасшедший мальчик, — гладит Яна по заросшим щетиной щекам и все плачет, не в силах остановиться.

— Кира?

— Да, я, кажется, беременна.

— Точно?

— Купила тест, но я сама знаю, что это так.

— Ты моя любимая девочка! Я говорил тебе об этом?

— А ты не спросишь, чей это ребенок?

— Это мой ребенок, иначе быть не может.

Снова прижимает Киру к себе, а она чувствует, как бешено бьется сердце у него в груди.