Грешница

Что не то я опять сказала?"

"Ян злился на Маринку, хотя не должен был, что с нее взять, говорит всегда, что думает, а думает что попало. Злился сейчас на всех и все, на то, что сам пригласил друзей, хотя хотел остаться с Кирой, на то, что Даня своим поганым языком нес невесть что про возраст, обсуждая Киру, а она точно все слышала, вон как дернулась. Точно, дикая и такая горячая, его горячая штучка.

А еще она говорила о мужчине, который ее ждет, хотелось затолкать в салон, зацеловать, вытравить своими губами из ее головы всех мужиков, которые у нее были и могут быть.

Но больше всего раздражал отец.

Ян никогда его не простит. Не поймет. Не войдет в положение и сам никогда не будет таким, как он.

Кто бы мог подумать, что у родного и единственного сына и владельца одной из крупнейших фармацевтических корпораций очень непростые и сложные отношения. Хотя, что здесь такого удивительного? Но его сын не восхищается и не поклоняется Кельману Артуру Эдуардовичу, как это делают все вокруг. Боятся, лебезят, но восхищаются.

Такое странное и страшное сочетание.

Все вокруг просто сходят с ума и трепещут перед могуществом Кельмана, вознося, словно идола, на пьедестал. Странно, что еще в их головном офисе не стоит его статуя в полный рост, из золота. Жестокий и беспринципный в бизнесе, он был таким же и в жизни, все его улыбки, понимающие, пронзительные взгляды, все это лишь игра. Тонкая, продуманная и просчитанная игра.

Владелец миллионного состояния, входящий в десятку богатейших людей страны, при этом еще великий манипулятор, управляющий судьбами других.

С его подачи возвысить или опустить можно было любого, некоторые теряли все, а другие обретали очень многое, но тоже до поры.

У него великолепно получалось быть душой компании, делать вид простого человека, надевать шкуру ягненка на облик волка. Ян понял это в подростковом возрасте, а сейчас все те люди, что его окружали, напоминали стаю бандерлогов, как в мультфильме про мальчика Маугли, живущего в джунглях.

На каждом совещании, когда собирались, директора филиалов и руководители отделов смотрели на его отца, который был в роли мудрого питона Каа, и не дышали.

Ян каждый раз ждал, что он произнесет ту фразу: «Подойдите ближе, бандерлоги», они бы подошли.

— Ян, ты куда?

Четверо молодых людей оглянулись на парня, который, как был, в купальных шортах, сел за руль «Камаро». Даня с Машкой продолжали тискаться, Марина так и остановилась, не дойдя до бассейна, Сева поднял очки на затылок.