Грешница

Вот вроде простой проект, сделать клиенту пруд, а она не укладывалась в сроки, то Леха косячил, то фура перевернулась на трассе с уже заказанной и оплаченной плиткой. Понятно, что они все возместят, привезут новую, но это, мать его, время, которого у нее не было.

Она гнала коней, чтоб гарантировать себе минимум контакта с Артуром Эдуардовичем. Который, по словам ее шефа, дал такой карт-бланш и полную свободу действий, что тот ходил в шоке несколько дней, уже считая в уме, скольких клиентов ему принесет этот заказ и на какой новый уровень выйдет их фирма.

Кира села в стоящее под тенью навеса кресло, Леха закончил со щебнем, махнул парням в грузовике, чтоб выезжали за ворота. Участок оказался большим, она в тот, первый раз, даже часть его не разглядела. И если входить в центральную калитку, то можно и не понять, что здесь идет полным ходом рабочий процесс.

Прошла неделя с того времени, как господин Кельман отчалил в командировку, и неделя с того момента, как Ян назвал ее своей девушкой. Кира тогда решила не переспрашивать, не делать удивленное лицо, хотя удивляться было чему.

Но если рассуждать здраво, то его слова, в контексте их отношений, плюс их разница в возрасте выглядели больше шуткой, нежели чем-то серьезным.

Но сердце все ровно дрогнуло, а ладони вспотели, словно ей на самом деле двадцать, и любимый мальчик почти признался ей в любви, заявив всем в классе, что она ему нравится и теперь его девушка.

Господи, так можно и аритмию заработать.

Кира сделала вид, что ничего не слышала.

Светка, конечно, выпучила глаза, они с Яном перекинулись еще парой фраз, прежде чем она сумела его увести. Половина офиса свернула шеи, как специально, почти все коллеги вылези, кто покурить, кто попить кофе.

Ее машину увез в неизвестном направлении парень с веселым именем Василий, что был в автосервисе в их с Яном первую встречу, и еще не вернул. Ян решил, что будет ночевать все это время у нее, утром они уезжали в поселок, Кира руководила процессом и Лехой, Ян переодевался и уезжал в офис.

А за ней, словно цербер, наблюдала неулыбчивая и молчаливая домработница Раиса Валентиновна, от взгляда которой у Киры по спине бежали мурашки. При их второй встрече и знакомстве она лишь поджала тонкие губы, кивнула, оглядела ее с ног до головы и удалилась. Эта тетка, наверняка, докладывает каждый ее шаг Кельману-старшему, описывая в красках, чем они занимаются в его доме и какие периодически доносятся звуки из комнаты наследника фармацевтической империи.