Глаза похожие на два пистолетных дула, глядят прямо в душу, наполняя ее леденящим страхом.
— Да, хозяин — покорно соглашаюсь я, понимая, что тем самым обрекаю себя на сосуществовании с этим зверем в человеческом обличье.
* * *В тот раз ему повезло. Он умер. Исчез с лица земли, не оставив после себя ничего. Когда то его звали Андреем, очень давно, в другой жизни. Андрюшенька — звала его мама в моменты просветления. А потом тоже предала. Умерла, оставила одного, за это он ее возненавидел.
Мужчина встал с кровати, стараясь не смотреть на развалившуюся рядом бабищу, уснувшую после соития.
— Куда ты? — сквозь сон спросила она, без особого интереса.
— Спи, покурю и вернусь — ответил он, представляя, как накидывает подушку на ее грязное, похожее на блин лицо.
Тараканы прыснули в разные стороны, когда под потолком зажглась маломощная лампочка. Он брезгливо стряхнул со стола крошки, опустился на стоящую рядом, расшатанную табуретку и погрузился в воспоминания.
Глава 8
2002 год. Тавда. Сибирь.
— Слышь, чушок — сильный пинок под зад, опрокинул его на пол.
Он поднялся, с трудом сдержавшись, чтобы не броситься на своего обидчика, зека по кличке Червь. Но лишь молча сжал кулаки. Такой демарш был равносилен смерти. — Бугор перетереть с тобой хочет.
Мужчина откинул в сторону грязную тряпку, и вытер руки об робу. Вопросы здесь не приветствовались, и покорно пошел за своим обидчиком.
— Садись, черт — показал расписной рукой на пол, возле шконки, вальяжно развалившийся на ней авторитет, по кличке Лева Новгородский.
На руке не доставало несколько пальцев, и мужчина передернулся. Физические уродства вызывали в нем брезгливость. Червь ухмыльнулся, глядя, как мужчина опускается на пол, с опаской принимая из его рук гнутую алюминиевую кружку с чифирем, щедро сдобренным водкой.
— Ну, как тебе живется, Андрюша? — человечно спросил Лева, но обмануть фальшивым тоном, мужчину было сложно. Глаза блатного смотрели с отвращением. Человек из низшей касты был редким гостем на его территории.
— Звал зачем? Уж не за тем, что б о моей жизни покалякать — собрав всю волю в кулак, спросил мужчина, стараясь не отвести взгляда от собеседника.
- Смотри, духарик (храбрец) выискался, бля — заколыхался Червь, но тут же заткнулся, увидев на лице блатного оскал.
— Да, не за жизнь тереть тебя позвал, хотя не люблю, когда на мои вопросы не отвечают. Знаю, что кисло тебе живется, хоть и статья у тебя не мутная — ухмыльнулся Лева, и стал похож на оскалившуюся гиену.
