Вот только боюсь, что не смогу полюбить существо, растущее в моей Катерине. Оно отнимет ее у меня. Тот, другой, меня ненавидел за это. Я отобрал у него мать, едва родившись. И теперь он лишает меня тех, кого я люблю.
— Радуйся — выплевываю я в милое лицо Кати, когда мы возвращаемся в спальню. Она смотрит на меня с неприкрытым превосходством, по крайней мере, мне так кажется. — Ты добилась своего. Молодец, не растерялась. Далеко пойдешь. Браво, Китти, из шлюх в дамки — стремительная карьера."
"— Ты, правда, думаешь, что я специально? — Катя не сводит с меня глаз — Ты, ты….
. — она задыхается от ярости, тонкая рука описывает дугу и лицо обжигает жгучая, обидная пощечина, от которой на мои глаза падает пелена. Я перехватываю ее запястье и выкрутив, резко завожу ее руку за спину, так, что она не может даже дернуться.
— Не мечтай, что я стану любящим папочкой, и начну носить тебя на руках, моя дорогая. Твоя жизнь не превратиться в рай, отнюдь. И да, куколка, готовься к свадьбе. Наследник империи Горячевых, не может родиться байстрюком — рычу я прямо в маленькое, розовое ухо, этой сучки, решившей привязать меня к себе самым примитивным образом.
Что ж, она получит то, чего желала. Вот только, принесет ли ей это счастье? Девка не сопротивляется, только тихо плачет, роняя на пол сверкающие слезы. Я отталкиваю ее от себя, и гляжу с превосходством, как шлюха тяжело отползает, с ужасом глядя в мое перекошенное яростью лицо.
Кэт
Он больше не разговаривает со мной, словно я существую в параллельной вселенной.
Совсем не обращает внимания. Только один раз, молча, сунул мне какую — то бумагу, на подпись, оказавшуюся заявлением на заключение брака, на котором настоял его отец. Дни слились в бесконечную, серую череду. Я даже перестала отсчитывать их, живя в тихом, погрузившемся в тяжелое безмолвие доме.
— Катя, — тихий голос Ольги Петровны, вывел меня из тоскливых мыслей. — Я договорилась с моим врачом. Завтра он ждет нас.
— Зачем? — равнодушно дернула я плечом. — Все же хорошо.
Я себя прекрасно чувствую.
Я не кривлю душой. Физически, все действительно прекрасно, легкая, утренняя тошнота не в счет. Думала, хуже будет. Тело будто не мое, жаль только морально, я совершенно опустошена.
— Денис сказал, что вам нужно будет съездить, разобраться с переводом твоей мамы в более комфортное место. Поездки — большой стресс, в твоем положении. Мы должны удостовериться, что с малышом, все будет в порядке- включается в беседу Николай Георгиевич.
