Грешник (ЛП)

— О чем ты говоришь?

Амелия переводит взгляд с меня на Киру, затем снова на меня. Делает шаг ближе, и улыбка только растет.

— Хочешь сказать, что твоя лучшая подружка не знает о папочке и его друге?

Я застываю от ее слов. Кровь стучит у меня в ушах. Откуда ей знать? Она не знала. Она раскопала. Помолчав, она фыркает и смотрит на Киру.

— Она трахалась с обоими своими отчимами.

Наклонившись, Амелия шепчет мне на ухо:

— Как ты думаешь, что бы сделала твоя мать, если бы узнала?

Я сжимаю руки в кулаки по бокам.

Моя мать знает о Джеймсе, но не всю правду. Ту историю, которую он ей рассказал. Уверена, что он рассказал, будто это я пришла к нему. Бросилась на него. Но моя мать понятия не имеет о Линкольне. Иначе она бы и о нем упомянула.

Отстранившись, Амелия пожимает плечами.

— В смысле, если бы моя дочь спала с моими мужьями, я знаю, что бы сделала с этой чертовой шлюхой.

— Кто тебе это сказал? — требует Кира, отталкивая меня в сторону.

Она думает, что это ложь. Что обо мне ходят ужасные сплетни.

Я никогда ей не говорила.

Выпятив бедро, Амелия опускает взгляд на свои ногти.

— Твой брат.

— Он чертов лжец, — кричит Кира.

— Думаешь? — склоняет голову набок Амелия. — Давай спросим Эллингтон. Элли, скажи нам, что Джеймс и Линкольн не трахали тебя в кабинете Джеймса.

Я пытаюсь перевести дыхание. Я не могу ответить, даже если бы хотела. Предательство, которое я чувствую от Сина, слишком сильно. Почему он ей рассказал? Когда?

— Элли?

Моего плеча касается рука, и я отшатываюсь от Киры.

Полными жалости глазами она смотрит, как мои наполняются слезами. Я знала, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Син не из тех, в кого влюбляются и за кого выходят замуж. Он из тех, кто использует тебя, пока ему не надоест, и он не уйдет.

— Ты же знаешь, что он трахает тебя из жалости, верно? — продолжает Амелия, видя мое молчание.

— Заткнись! — огрызается Кира.

Но она не затыкается. Вместо этого Амелия снова делает шаг ко мне.

— Ты — простая блядь, которую он жалеет.

Он может трахать нас обеих, но именно тебя он бросит, как только решит, что ты больше не стоишь этого.

Кира начинает смеяться, отчего лицо Амелии напрягается.

— Серьезно? Теперь мы знаем, что ты врешь. Потому что мой брат тебя не трахает.

Амелия открывает клатч и достает телефон. Затем протягивает его нам, а на нем начинает проигрываться видео. Это комната Сина в доме Лордов. Звука нет, но видео четкое, как день.