Грешник. Моя навеки

— Я все слышал! Перестань врать! Она сказала, что по делам идет. Но вернуться обещала через пару часов! А ее нет! Если бы были важные дела, она бы сообщила. Ты опять врешь, папа! Ты всегда врешь! Ее нет! Я же слышал ваш разговор с дядей Тимуром!

Отскакивает от меня, садится на кровать, скрестив руки на груди. Хотя бы реветь перестает, но стреляет в меня гневным, ненавидящим взглядом. Будто перед ним не отец родной стоит, а какой-то чужой мужик."

"Тяжело выдохнув, я сажусь в кресло. Обхватываю голову руками и задумываюсь.

В какой-то момент действительно считаю себя чужим, потому что с собственным ребенком спокойно общаться, успокаивать его не умею.

Чувствую, как маленькая ладошка сжимает мой палец, тянет. Сашка стоит напротив, и снова у него глаза слезами наполнены. Вот-вот опять реветь начнет.

— Ты же найдешь маму? Ты же вернешь мне маму, пап?

Столько надежды в его голосе. Сердце пропускает несколько ударов. В воздухе повисает пауза.

— А ты думаешь, я смогу без нее жить? — горько усмехаюсь своим словам.

— Видишь, как она нас к себе привязала? Ты в кровати плачешь, а я тут.

— Мужики не плачут ведь, — вздергивает подбородок. — Мама вернется. Я уверен. Она нас не оставит. Но я уже скучаю, — последнее предложение говорит настолько тихо, что еле разбираю.

— Саш, я должен работать. Спуститься вниз и постараться помочь дяде Марибу ускорить процесс. Давай договоримся так: ты ложишься спать, а как только проснешься, я обещаю рассказать тебе все, что разузнаем. Окей?

Сын давно не ребенок.

Пусть ему всего-то пять лет, но я сижу и разговариваю с ним как со взрослым человеком. Умом понимаю, что Лера его очень хорошо воспитала. А я уделял свое время работе. Пахал днем и ночью. Нужно меняться... Так нельзя. Найти Леру, а потом уже бросить все дела. Пусть идут к чертям собачьим. Той суммы, что лежит на наших счетах, до конца жизни нам хватит. Несмотря на то, что больше половины пришлось вытащить, чтобы Лера еще хуже в болоте не увязла.

— Обещаешь? — и взгляд умоляющий.

— Обещаю. Честное слово, — выдохнув, киваю на кровать.

Обняв меня за шею, сын целует в щеку. Морщится, потому что щетина, кажется, царапнула кожу.

— Мама давно отправила бы тебя в душ, — качает он головой. Точно Лера, ей-богу. Будто она стоит передо мной. Точь-в-точь ее действия, ее взгляд. — Спокойной ночи.

Сын ложится в кровать. Укрываю его одеялом, выключив свет, иду в душ. Бриться нет желания и времени, но переодеться не помешало бы.