Дал все, что только мог. Поверь мне, последние два месяца я просто места себе не находила, все думала, как тебе рассказать. Умом понимала, что в один день все раскроется. В то же время я боялась. Боялась потерять.
Вроде бы взрослая, но не сообразила, что отношения, начинающиеся со лжи, никогда не смогут иметь счастливый конец. Возможно, действительно, расскажи она Максу все с самого начала, могло бы быть иначе. Но я знаю Максима — это тоже не точно."
"— Она обманула всех. Даже сестер того самого Рамиля. Я его никогда не видела, только слышала.
Мила всех подставила. Но больше всех вашего мужа, Валерия, — обращается ко мне. — А сделала она это не одна. С помощью вашего конкурента, Макс, — переводит взгляд на мужчину. — У вас же есть в данный момент какие-то проблемы в компании, ведь да?
Макс откидывается на спинку кресла. Задумывается. Я бы сказала, притворяется. Я-то знаю, что те самые проблемы есть. И занимается ими Рамиль. Уже несколько месяцев.
— Какой конкурент? И чем он помогает Миле? — спрашиваю я, рассматривая брюнетку.
— Я имени не знаю, но… Тот самый мужчина ей помогает во всем. Даже те кадры с камер видеонаблюдения удалил, где Юля на шею Макса прыгнула и поцеловала. Не было ни одной зацепки, за которую мог бы схватиться ваш муж, Валерия. Все было против. Снимки, сообщения, которые писала… — она на минуту замолкает, но потом продолжает: — Которые писала Мила с моего телефона. Номер купил Макс, и оформлен он на него. Поэтому… Ваш муж поверил… Анализы… Фиктивное завещание.
Она обхватывает голову руками, а потом сжимает свои волосы в кулак и тянет их, будто хочет вырвать с корнями. Я молча наблюдаю за ней, мысленно подмечая, что я не должна ее жалеть. Она одна из тех, кто жизнь мне угробил, но я почему-то все равно жалею. Я не должна же… Ведь верно? Не должна я ее жалеть, черт побери!
— Валерия, я не знаю… Не знаю, что бы почувствовала, будь я на вашем месте, — девушка замолкает на телефонный звонок. Достает из сумки мобильник, отключает и бросает на стол.
— Она звонит. Я сказала ей, что больше не стану молчать.
— Что тебя заставляло делать то, что она захочет, Галина? — снова спрашиваю я.
Макс молчит, не сводя глаз с меня. Губы сжаты в тонкую линию, руки же — в кулаки.
Девушка опускает взгляд. Смотрит куда-то в стену. В одну точку. Напрягается. А Максим вовсе не здесь. Далеко отсюда. О чем-то сильно задумался.
— Моя мама тяжело болела. Когда-то Мила очень помогла мне. По-дружески.
