Грешники

— Простите, — слышу ее окрик в спину, но тон у этого «простите» такой, словно у нас до сих пор не отменили крепостное право. — Вы мне не поможете?

«Не помогу», — мысленно язвлю я, но внешне изображаю дружелюбную вежливость.

— Да, конечно.

— Я ищу Марию Барр. Мне сказали, что ее офис на этом этаже, но здесь… — Она безрезультатно дергает ручку двери в мой кабинет. — Кажется, никого нет.

При звуке своего имени я напрягаюсь.

Она ко мне?"

"Уверенна, что впервые вижу эту женщину, хотя внешность у нее, мягко говоря, не блещет оригинальностью: темные длинные волосы, сделанные губы, брови модной формы, такой же модный макияж (слишком яркий для обеда среды), дорогой костюм, сумка от Луи Виттон.

Мне все равно, я не комплексную из-за своей внешности.

Просто не нравится этот надменный взгляд, за который хочется врезать по морде лица.

Никто, даже самый богатый человек в мире, не имеет права смотреть на других словно на челядь.

— Сейчас обеденный перерыв, — отвечаю на ее вопрос, и тут же понимаю, что для нее это не новость. Она нарочно пришла сюда в такое время. Ну ладно. — Мария Барр — это я. Простите, но даже по рабочим вопросам я не смогу потратить на вас время своего обеда. Придется подождать.

Женщина меняется в лице — надменность перетекает в откровенную неприязнь.

Когда люди, которых вы не знаете, смотрят на вас словно на своих заклятых врагов, это значит, что они-то как раз знают вас достаточно хорошо, чтобы ненавидеть.

И, как гром среди ясного неба, внезапно доходит, кто передо мной.

Эльмира, несостоявшаяся жена Гарика.

Мой мозг пытается представить их рядом, и это… очень странно.

Все равно что пытаться скрестить чистокровного датского дога и мартышку-капуцина.

Он слишком аристократ, а она слишком без пяти минут порнозвезда, чтобы смешиваться в один коктейль.

[1] Пеннивайз — имя клоуна из книги и одноименного фильма Стивена Кинга «Оно»

Глава 41

Несколько минут мы просто изучаем друг друга в полной тишине.

Так и хочется съязвить на тему: «Смертельный танец кобр — посмотрите, как они застыли в ожидании момента для смертоносного выпада». Прямо заставка для передачи «В мире животных».

— И так, это ты, — первой нарушает молчание Эльмира.

— Папа учил меня не разговаривать с незнакомыми, — вежливо отвечаю я, — а институт — что нельзя переходить на «ты», пока собеседник не назвал свое имя.

Она прищуривается, и я мысленно расправляю плечи.