Грешники

 — Пытаюсь вернуть папку, но Лисина нарочно обходит ее стороной, продолжая нарезать круги по моей гостиной. — Но я не очень понимаю, причем тут я. Насколько я знаю, выплаты на ваш счет идут в срок и в полном объеме.

Свекровь останавливается, упирается в меня злым взглядом.

— Дурой прикидываешься?

Лисенок вскидывает голову, реагируя на резкий голос. Она не привыкла к такому — у нас в доме всегда тихо, я не привыкла повышать тон и, слава богу, для этого нет повода.

Видимо, разговора хотя бы в умеренных кондициях у нас со свекровью не получится.

Я зову охранника, передаю ему Дашу и прошу побыть с ней пару минут. У него двое детей и третий на подходе, должен же он хоть что-то понимать о детском досуге? К счастью, он запросто берет Лисицу на руки и обещает научить ее играть в Покер. Я от всей души с благодарностью ему улыбаюсь — хоть в Дурака подкидного, лишь бы моя дочь была подальше от свекровеподобного монстра.

— Когда Игорю было столько ж лет, сколько ей, у него были белоснежные волосы и очень светлые глаза, — с отвращением провожает их взглядом Лисина.

У Даши темно-русые волосы, но такие же, как у Гарика, светлые глаза.

Я понимаю, куда она клонит, хоть по крайней мере «визуально» у нее нет для этого никакого повода. Не знаю, как это возможно, но моя дочь похожа на Гарика почти как две капли воды. И мне нравится прятаться в иллюзиях о том, что на самом деле какая-то ночь, которую мы с ним могли привести вместе, просто выпала из моей памяти.

Это самообман, который я осознаю, и в который добровольно верю.

Но у моей свекрови на этот счет, конечно, собственное мнение.

Я невольно вспоминаю тот день, когда Маруся попала в больницу и туда приехала мать Гарика. Конверт, который она ему всучила со ловами о прозрении и доказательствах моей истинной сущности.

Гарик даже не стал его открывать.

— Я все еще не понимаю мотив вашего визита, Анна Александровна. — После воспоминаний о Гарике мне всегда трудно говорить, потому что каждый раз это словно вспороть себе грудную клетку и расковырять рану в сердце.

— Я хочу, чтобы у меня было все это. — Свекровь тычет взглядом в документы у меня в руках.

— Мы все хотим красивой жизни, — пожимаю плечами.

— Ты незаконно владеешь «ОлМакс» и всеми активами моего сына.

— Полагаю, более чем законно.

— Нет! — рявкает она, видимо рассчитывая напугать меня своим боевым настроем.