Грешники

Быстро промокаю ладонь салфеткой, которых на дне пакета целая гора. — Но еще есть над чем поработать, так что не расслабляйся. Годик повпахиваешь в спортзале — и все гламурные девушки столицы будут…

— Мне достаточно одной и не гламурной, — перебивает он.

Это слишком очевидный пас в мою сторону, чтобы его игнорировать.

— Я не ищу отношений, Стас. Извини, что так невежливо прямолинейно, но лучше так, чем давать тебе повод на что-то рассчитывать.

— А я не ищу легких путей, — вообще не конфузится он. — Время-то мы можем проводить? Ну, тупо хотя бы как сегодня.

— С моими бывшими? — Вот вроде и говорим о серьезном, а как-то легко, через смех и взаимный обмен шпильками.

— А у тебя их, таких притаренных еще много?

Стас дает понять, что не откажется от куска мяса, хоть мы как раз попадаем в затор и ничего не мешает ему взять мясо самому. Но ждет, пока я разорву надвое один крупный кусок и дам ему половину. На этот раз, правда, делаю это так, чтобы обезопасить пальцы.

— Нет, только один убогий и был, — отвечаю на вопрос.

— Ну тогда сам бог велел присматривать за твоей задницей, Отвертка. Без рук и постели. Пока сама не попросишь. Годится?

— Ты не отступишь? — Я так отвыкла от настойчивых мужчин, что его позиция кажется какой-то дикой.

— Да не собираюсь я никуда отступать. Вообще про это забудь. Считай, что ты в меня вляпалась.

Еще немного — и я стану зависимой от его наглости, прямоты и убийственной харизмы.

— Может, расскажешь, что у тебя случилось? — предлагает Великан, когда мы, вдоволь «накатавшись» в столичных пробках и прикончив половину шашлыка, приезжаем к паркингу около супермаркета.

Через дорогу есть небольшой сквер, и Стас предлагает немного пройтись, чтобы размять ноги. Говорит, что у него привычка минимум час гулять днем, и что обычно делает это бодрым шагом, но ради меня, так и быть, побудет улиткой.

Я немного опасливо осматриваюсь по сторонам — не смотрит ли кто?

А потом ловлю себя на приступе злости.

Даже если Лисина натыкала своих шпионов на каждом углу, я не буду ее бояться. И не дам загнать себя в позицию жертвы, которая должна бояться сделать лишний шаг, чтобы не нарваться на неприятности.

Так что соглашаюсь, и мы с Великаном, вооружившись двойными порциями кофе, сворачиваем в сквер.

— Мне уже совестно перед тобой, — говорю совершенно искренне, и даже не стыжусь вспыхнувших от стыда щек. — Ты все время рядом, выслушиваешь, поддерживаешь.