Грешники

— Я вспомнил, что говорят про грелку, — рычит мне на ухо, вталкивая в темноту и приятную прохладу квартиры. Куда-то роняет ключи и наши верхние вещи, нахально задирает нижний край моего платья и тянет его вверх, до талии. — Порву, Отвертка.

У меня кружится голова.

Может, для кого-то это грязно и пошло, а для меня — концентрация желания мужчины, выраженная одним единственным максимально точным словом.

Но, боже, это только начало.

— Хочу, чтобы завтра сидеть не могла, — продолжает Стас, запросто справляясь с ремнем и молнией на своих джинсах.

Я и так уже стою на носочках, но начинаю переминаться с ноги на ногу от нетерпения.

Или предвкушения?

Стас приподнимает меня, дает обхватить ногами его узкую талию, придавливает спиной к стене.

Толкается бедрами вверх.

Я громко стону от мощности этого напора, бездумно впиваюсь ногтями ему в плечи, позволяя использовать себя, как ему хочется.

Только бы не останавливался.

Даже если утром я буду ходить как кавалерист.

Глава 93

Мы почти не спим ночью.

Занимаемся любовью — нежно и медленно, когда я чувствую себя на качелях, которые мой большой и сильный мужчина раскачивает, словно нашу личную земную осень.

Потом переводим дух — и грубо занимаемся сексом, кусая и царапая друг друга, как дорвавшиеся до сезона спаривания звери.

Снова передышка — и я переворачиваю Стаса на спину, устраивая ему безумное родео.

Под конец, когда за окном начинает светлеть, я обессиленно падаю на спину и позволяю себе совершенно пошлую шутку о том, что теперь точно знаю, как чувствует себя полная до краев банка икры, и что больше в меня не влезет ни ложки.

Стас усмехается.

И доказывает, что я ошибалась.

В конце концов, мы проваливаемся в сон только около семи утра, и это тоже что-то особенное, потому что стоит мне повернуться спиной — Великан тут же по-собственнически закидывает на меня руку, притягивает к себе и буквально не дает шевелиться, заодно привалив сверху еще и ногой.

Понятия не имею, сколько мы спим, когда в мое отчаянно протестующее сознание вторгается настойчивый звонок телефона. Это у Стаса, потому что на моем звонке стоит какая-то мелодия, а у него — стандартная «яблочная».

Он что-то ворчит, нехотя перекатывается на другой край кровати, отвечает.