Грязная жизнь

«Роллс-Ройс» ей подали в считанные минуты.

Она уже находилась на полпути к больнице, когда подал голос сотовый телефон.

– Ксения Петровна Архипова?.. Следователь прокуратуры Круглов. Мне нужно срочно поговорить с вами. По какому поводу?.. Видите ли, вчера вечером погиб начальник вашей службы безопасности, Глотов Дмитрий Алексеевич.

Ей стало тяжело дышать. Погиб Дмитрий. Этого не может быть...

– Вы расследуете это дело? – холодеющими губами спросила она.

– Откажитесь от него! – чуть ли не закричала она.

– Мне очень жаль вас, молодой человек.

Если вы попытаетесь найти его убийцу, вам не жить на этом свете. Это очень страшный человек. Предупреждаю вас.

Больше сил говорить не было. Она бросила трубку на сиденье и тяжело вздохнула.

Мирон Скорпицын. Ее любовник Скорпион. Мразь и ничтожество. Она ненавидела его. Ненавидела и... любила. И ненависть сейчас пересиливала.

– Ему сделали операцию. Его жизнь вне опасности, – говорил ей врач.

С каждым его словом она как будто оживала. Данил будет жить.

Он поправится, вернется к ней. И они всегда будут вместе. Никто не разлучит их, даже Мирон.

– Я хочу его видеть.

– К сожалению, этого я вам позволить не могу. Он в реанимации, под аппаратом жизнеобеспечения. Он в очень тяжелом состоянии.

– Я хочу видеть его.

– Я же говорю вам...

Ксения сделала знак, и ее телохранитель протянул врачу пять стодолларовых банкнот.

– Ну разве что в виде исключения, – привычным жестом он сгреб деньги. – Только недолго.

Ее провели в палату. Муж лежал на койке у окна.

Ближе к двери лежал кто-то еще.

– Почему тут двое? – спросила Ксения. – Мой муж должен находиться в отдельной палате.

– Мы позаботимся об этом, – лебезил перед ней врач. – Вы должны понять, больница у нас обычная. И всего одна палата с аппаратами жизнеобеспечения. А тут сразу два больных. Да. – Врач виновато потупился. – Только между нами. В вашего мужа стрелял один человек... Мы не должны были... но так уж получилось. Этот человек вот он.

Оказывается, жертву и пострадавшего поместили в одну палату.

В спешке, впопыхах. Но, конечно, все будет исправлено.

Ксения внимательно взглянула на мужчину, лежавшего по соседству с Данилом. И вскрикнула от удивления и ужаса. Перед ней лежал Мирон. Страшная ирония судьбы.

– Выйдите отсюда, пожалуйста, все, – стараясь сдержать свои эмоции, сказала она. – Я хочу остаться одна.

Палата опустела. Телохранители заняли место в дверях с другой стороны. Никто не смел войти сюда без ее разрешения.