Так что их холят и лелеют. Но здесь налицо явное покушение на жизнь, мою жизнь.
И вот, как поведет себя князь, из этого можно будет составить реальную картину лояльности. Я и сейчас почти уверен в том, что Братству с Изяславом Мстиславовичем по пути, однако… Доверяй, но проверяй!
— Не станет убивец отказываться от своих слов, когда перед князем предстанет? — спросил я, вызвав недоумение на лице Фомы.
Фома неверующий! Привыкли, что я сторонник силового решения вопроса. А здесь такой, считай, что и мирный вариант.
— Так это по Правде только сорок гривен серебром, в лучшем случае, и заплатят, — возмущался Фома.
— И когда это у тебя сорок гривен стали малыми деньгами? — усмехнулся я.
— Так для меня это много, а для тебя мало, — пожав плечами, отвечал десятник.
— Делай, что велено! — сказал я, направляясь в свою опочивальню.
Нужно как следует отдохнуть, пока есть такая возможность. Завтра рассчитываю все разговоры провести, а уже через три дня отправляться в половецкое стойбище, в Шарукань.
Князь прислал ко мне своих людей с самого утра. Это было больше похоже на арест, чем на приглашение к разговору. Десяток княжьей дружины прибыли в полном вооружении, в бронях, вели себя странно, словно глухонемые, не отвечали на вопросы, между собой не переговаривались. Мои братья, было дело, всполошились, но я догадался, в чем причина. Князю доложили о покушении, и он прислал этих миньонов меня охранять.
— Проверьте, от кого великий князь узнал о покушении! — повелел я, отправляясь в княжеский терем.
Разговор должен оказаться не самым легким, я собирался предложить Изяславу Мстиславовичу схему ближайшего политического устройства Руси. Нужно приводить русские земли к порядку и полноценному государственному устройству, пусть и федерального типа, даже с большой долей некоторых субъектов Федерации, но такого безобразия, что творится, допускать нельзя.
Изяслав Мстиславович встречал меня не в княжеских палатах, а во дворе рядом со своим теремом. Было морозное утро, но великий князь оставался только в одной рубахе.
От него валил такой пар, что ко мне в голову пришло сравнение с тем, как заливают большой костер. Вот столько же пара!
Отрадно и удивительно видеть великого князя занимающимся физическими упражнениями с утра пораньше, когда и солнце еще не полностью вступило в свои права. Князь раскидывал и разил мечом одного соперника, после встал против двух воинов, которых так же стал одолевать. Делал он это не без труда.
