Гридень 4. Взлет

Никто из исследователей будущего толком не мог сказать, на какие годы приходилась деятельность этого человека, но все утверждали, что у Даниила были серьезные споры и даже противостояние с Ростово-Суздальским князем Юрием Долгоруким.

А, между тем, именно Даниилу, прозванного Заточником, приписывается слава создания первого на Руси учебного заведения, можно сказать, университета. В Ростове достаточно долго существовал Затвор — русское название, которое можно было, пусть и с большой долей допущений, соотнести со словом «Академия».

Это учебное заведение было больше церковным, светского образования не давало, но не станем забывать, что время исключительно церковное, религиозное, тут просто нет иного подхода.

Университеты в Европе? Так нет их еще. Если историки будущего правильно определили, то первый университет в Европе появился во второй половине этого века, в котором я и проживаю, значит, лет через десять.

Вот и решаю, может взять и это слово? Университет? Может быть Русь в деле образования первой? И дело здесь не в том, кто кого на год опередил и объявил о создании учебного заведения, здесь об ином: важнее всего, где начнется просвещение.

Фибоначчи ли будет тем, кто докажет преимущества арабских, а на самом деле, индийских цифр, или это будет… Кто же это будет?.. Пусть я! Важно это сделать, чтобы двинуть науку сразу же вперед.

Я, к примеру, до сих пор не могу понять, как делать расчеты при строительстве, или при создании кораблей, в торговых операциях и даже в военном деле.

Как без элементарной математики жить? На глаз все измерять? Или использовать буквенные цифры? Это можно, но жуть, как не удобно."

"Переходы на войне, достаточно долгое пребывание в Киеве, позволили мне заняться учебниками и созданием Азбуки с новым алфавитом, по сравнению с тем, что имеется сейчас, так сильно упрощенным. Аз, буки, веди, глагол, добро… люди, мыслете, земля… Эти буквы, может, и несли в себе больше смысла, были глубокими, чем «а, б, в, г…» Но Руси нужна система образования, которая могла бы охватывать как можно больше населения.

И сейчас по этому показателю все неплохо. Каждый если не третий, то четвертый, умеет читать и писать. Но можно же сделать и больше. В конце концов, мне же нужно будет кому-то продавать книги, которые я начну печатать после «изобретения» печатного станка! Мне бы свинца для букв, времени по больше, да пару смышлёных помощников, может и выйдет чего путного.