Гридень. Начало (СИ)

— Дурно прикрылся слева, повинен отработать оборону, — сказал Иван, встал и быстро направился к Бранибору."

"Князь, словно убегал от своего сына. Иван Ростиславович был уверен, что настоящего воина, тем более будущего князя, который должен быть самым умелым, нужно воспитывать в строгости. На самом деле, отцу хотелось обнять своего наследника, может даже и пустить скупую мужскую слезу, оплакивая жену, радуясь, что она подарила такого наследника, но подобного князь себе не позволял. А когда желание быть человечнее начинало сильно довлеть, Иван сбегал.

— Что скажешь о новиках? Обузой не будут? — спросил Иван Ростиславович у Бранибора, к которому подошел, оставляя сына в недоумении.

— Трех отправил сеять жито, — усмехнулся воин.

— А сын Богояра? — задал главный для себя вопрос князь.

— Отпусти обиды, князь, не держи в себе! — сказал Бранибор.

Старший сотник был не просто соратником для князя, он был, словно брат. Они росли вместе, вместе же познавали воинскую науку, ели и пили с одной братины.

Всю жизнь рядом, потому наедине князь многое позволял Бранибору. Но Иван Ростиславович не забывал, что он князь, а Бранибор старший сотник.

— Отвечай своему князю! — в полушутливой манере потребовал Иван Ростиславович.

— Медведь. Превеликий медведь ентот Влад, — охарактеризовал Влада старший сотник. — Силушки на троих хватит, а вот ловкости, да умений недостает.

— И Богояр не обучил его? — удивился князь. — Я сам видал, яко предатель научал сына.

— Да, обучал. Но прошло почитай два года, как Богояр отправил Влада.

Позабыл, может отрок науку отцовскую, когда за провинность бивали, а за успехи токмо молчали. Как и ты княже, молчишь. Воздай похвалу сыну своему, отрок вельми усердно науку познает, — Бранибор решил в очередной раз попробовать убедить князя похвалить сына.

— Ты, сотник, не влезай туда, где тебе места нет! И отвечай своему князю токмо по делу! — уже с меньшей доли веселости сказал князь.

Бранибор задумался, он и сам не мог объяснить то, что увидел. Сперва главный сотник, наблюдавший за тренировкой новиков, подумал, что Влад и не обучен вовсе.

Однако, чем больше отрок повторял движения, тем более становилось понятным, что обучение было, и Богояр сумел вложить в своего сына разумение воинской науки. Влад, словно забыл, как и что делать, но удивительно быстро усваивал, или вспоминал правильность и последовательность действий. Те удары и связки, которые новики демонстрировали, они ставятся не за день и даже не за месяц.