Грим (ЛП)

— Вы останетесь в этом кругу, пока не будете готовы выбрать мужчину для Соединения, — проинструктировал их Якуа, и Императорская Гвардия отошла, застыв перед закрытыми дверями в знак, что женщинам не позволят уйти этим путем.

Лиза с легкостью поняла взгляд Эйджи, направленный на нее и малышек.

— Все будет хорошо, Эйджи, доверься своему Королю, — успокоила его девушка.

— Да, моя Королева, — ответил он и, приложив руку к груди, поклонился. Вместе с ним склонилась вся Королевская Гвардия, а затем они отошли, встав по другую сторону от женщин, готовые защитить свою Королеву, если потребуется.

Низкий гул прошел через всю Ассамблею, когда гвардейцы, прежде чем отойти, склонились перед женщиной, демонстрируя свое уважение. Взгляды всех мужчин были прикованы к цвету и блеску драгоценных чароитов в медальонах гвардейцев.

Удар колокола объявил о приходе Императора. Вся Ассамблея встала, поворачиваясь к нему лицом и… к их потрясению, лицом к Императрице.

Лиза заметила, как осторожно Рэй усаживает Ким на ее место, на кресло, расположенное рядом с его креслом. Императрица гордо выпрямилась, оглядывая Ассамблею, а затем ее взгляд опустился на женщин внизу.

Ким была облачена в королевские синие цвета, цвета Дома Рэя с украшенным драгоценными камнями лифом и Императорской эмблемой на шее.

Лиза слегка кивнула ей, и Ким вернула приветствие.

Вся Ассамблея задержала дыхание, когда она присела, медленно опустившись в кресло с помощью Императора.

Что задумал Император, приведя ее сюда?

Рэй лично устроил подушки поудобней на ее кресле.

— Я в порядке, Рэй. Давай сделаем это, — прошептала она, потирая живот, поскольку ребенок снова начал пинаться.

С жестким кивком Император выпрямился и взглянул на Ассамблею.

— Лорды, воины, самцы Торнианской Империи, — обратился к ним Рэй. — Мы все в этот исторический день собрались здесь для Церемонии Соединения, которая изменит нашу вселенную навсегда… Но прежде чем это произойдет, есть один вопрос, который необходимо решить.

Глянув на стражу, он кивнул перед тем, как сесть.

Двери позади Императора распахнулись, заставив всех повернуться и узреть Грима, входящего в зал вместе с еще одной группой гвардейцев, с чароитами в медальонах, хотя и не столь крупными, как у первых гвардейцев.