Грёзы лунного света

Я бы с радостью покачала головой от такой бессмыслицы, но Луна держала меня крепче, чем это могли бы сделать два гвоздя. Последним, что я увидела, были серебристые нити, которые она при помощи пера вытаскивала из моей головы и наматывала на золотые веретена.

– Твои результаты не столь однозначны, как у Коллама. – Киовар строго посмотрел на меня.

Луна сидела позади него, опустив взгляд на свои руки на коленях. Между нами на столе стояла миска с жидкостью, в которой находились золотые веретена. Серебряные нити, которые Луна вытащила из моей головы, дергались, пытаясь освободиться.

– Это всего лишь копии, – перебил поток моих мыслей Киовар. – Мы не воруем воспоминания.

– При осмотре Коллама мы были уверены в том, что он не несет ответственность за произошедшее в Беренгаре. В твоем случае мы таких выводов сделать не можем.

Я испуганно нахмурила лоб.

– Что ты имеешь в виду?

– То, что говорю. В твоих воспоминаниях мы нашли фрагменты Муриля.

Я вздрогнула, когда это имя появилось так внезапно.

– Фрагменты зеркала? – подумала я, пытаясь подавить дрожь в руках.

– Я его уничтожила, – напомнила ему я. – Я чуть не умерла при этом. Разве не естественно, что вы находите воспоминания об этом?

– Я имею в виду не воспоминания. – Он наклонился над чашей.

Только сейчас я поняла, что она, похоже, была сделана не из обычного металла. Он немного надавил на нее, и материал поддался. Он был словно живой. Стенка чаши была тонкой и в прожилках.

– Это сосуд для хранения мыслей и воспоминаний, – объяснил он терпеливей, чем я ожидала.

– Что это за материал?

– Ты с таким не сталкивалась. Он состоит из мыслей и воспоминаний, которые он вмещает. Этот сосуд, так сказать, постоянно воссоздается. Таких осталось очень мало. Один есть у магов и один у фавнов, – ответил он. – Раньше у каждого народа было по Лембрару. Но со временем они были утрачены.

– Но это не так. Мы питаем его копиями наших мыслей, и он позволяет нам ничего не забывать.

– Что вы обнаружили в моих воспоминаниях? – нетерпеливо спросила я.

– Смотри сама. – Он указал на одно из веретен. – Твои воспоминания серебристые. Этого следовало ожидать, ведь твои глаза и свет тоже такого цвета. В принципе они выглядят совершенно нормально. – Он взял в руку перо, переливавшееся золотом и казавшееся прозрачным. Его пальцы скользили по корпусу пера. – Это перо – одна из наших ауреол.