Грёзы лунного света

Руками я уперлась в бока, после чего устремилась вверх по воде, словно стрела. Мой костюм не оказывал сопротивления, что делало меня еще быстрее. Этот купальник был гораздо более тонкой работой, чем тот, что я носила в Аваллахе. Необычная структура ткани позволяла мне никогда не замерзать, хоть я и была куда чувствительнее остальных шелликотов, рожденных в море. Вода стекала с ткани, и купальник высыхал, как только я заходила в грот. Волокна мизгиря продолжали выделять специальные жиры даже спустя несколько лет после создания костюма.

Они заботились о том, чтобы сопротивление воде было минимальным и я плыла как можно быстрее.

Опьяненная скоростью, я позабыла о своих темных мыслях. Я бы с радостью доплыла до Портри и села бы за стол к Бри. Она бы принесла мне морковный торт и горячий шоколад, а затем сказала бы, что все будет хорошо. Они с Итаном и близнецами теперь жили в доме священника, который им оставили Эриксоны.

Сама того не замечая, я замедлилась. Я оглядела мир, который совершенно не заботило мое присутствие: маленькие разноцветные стаи рыб сновали вокруг меня в поисках пищи.

Они снова и снова останавливались, кусая пустые раковины моллюсков или кораллы. Водоросли покачивались от течения. Я никогда не смогу вдоволь налюбоваться этим разнообразием. Раньше я думала, что существуют только зеленые водоросли. Но теперь я знала, что они могут переливаться всеми цветами радуги. Есть даже целые подводные деревья с серебристыми нитями водорослей. И маленькие и толстые сине-зеленые мохоподобные водоросли, покрывавшие морское дно и удивительно мягкие на ощупь.

Два ската проплыли так близко, что я могла бы коснуться их кожи руками. Но я слишком боялась их колючек, хоть Коллам и говорил, что скаты – невероятно миролюбивые животные.

Мама-дельфин толкала перед собой своего малыша, призывая его выплыть на поверхность. Я на мгновение задумалась, глядя им вслед. Что-то еще привлекло мое внимание: передо мной возвышалась какая-то махина. Я с любопытством покосилась на нее: она была огромной и переливалась всеми оттенками лилового.

Подобравшись ближе, я поняла, что это такое: с самого морского дна поднимался огромный мадрепоровый коралл. На его поверхности устроились красные змеехвостки. Рыбки, которые грызли его, так быстро уплыли прочь, что я удивленно вздрогнула. Они исчезли среди водорослей. Я что, напугала их? Мама-дельфин давно исчезла, да и скатов видно не было. Барабулевые рыбки неподвижно застыли среди водорослей.