Я кивнул, ему и вскоре загудел движок его УАЗика.
— Где твоя обувь? — снова закозлил недодруг, как только Роксана босиком вышла наружу.
— Антох, забей! — отмахнулась она. — Яр, а что с котом?
— Вернемся. — И снова этот паскудный взгляд у нее, как у человека, что проснулся, но еще не понимает, где в самом деле реальность. Плохо. Очень плохо.
В микроавтобусе ОМОНа нас пытались рассадить по разным сторонам, но я подтянул погремушку к себе, усаживая рядом, и недовольно бормочущим ребятам пришлось потесниться.
Всю дорогу руки ее не отпускал. Сидел, уткнувшись носом в лохматую макушку.
— Без меня никуда ни шагу, — велел, занося на руках в кабинет местного участкового под озадаченными взглядами спецназа. — По правилам нас должны опрашивать отдельно.
Глянул строго на Лешку Артамонова, местного участкового. Мы с ним на соседних улицах росли.
— Привет, Яр! — хмурясь, кивнул мне он. — Ну и шороху тут из-за тебя.
— Это неправильно! — возмутился гаденыш, прискакавший козликом следом за мной.
— Он же продолжает оказывать на нее давление! И участковый этот… они же вон знакомы! Мы должны везти Рокси в город!
— Антоха, да угомонись, — закатила глаза погремушка.
— Леха, ты давай тут по-быстрому, — тихо сказал я полицейскому. — А то босая она и не завтракала еще.
И пошел из кабинета, вынося собой и наглого сосунка, который пытался тормознуть и вякал что-то про то, что я тут распоряжаюсь с какого-то хера. Папаша его даже из машины не вышел.
Задрали небось закидоны сынка до невозможности. Вон даже за тот удар в челюсть, зеленовато-желтый след от которого был еще прекрасно виден, ничего мне не предъявил.
— Отвали от нее, амбал! — набычился на меня парень в коридоре. — Не про твою честь она, ясно?
— А про твою? — усмехнулся я, складывая руки на груди. А то прям костяшки чешутся вдарить и вынести папаше тело бесчувственное. Пусть забирает обратно в город.
— Не твое дело про чью! Отвали от Рокси и все!
— Ну да, я отвалю, а ты опять начнешь по клубешникам таскать, дурь с бухлом подсовывать и по крышам водить?
— Мы с ней живем, как хотим! — вздернул он подбородок с с вызовом.
Ох, просишь ты хорошую п*здюлину!
— А с чего ты взял, что она именно так хочет? Ты ей выбор предлагал? Другое что-то показывал?
— Что ты поним…
— Я понимаю, что ты вот захотел и доклевал папашку своего, и приперлись вы в нашу глушь с ОМОНом.
