На что там стоять? На безобразие это нечесаное черно-красное? На шорты драные? На железки везде понатыканные?
— Ты, кстати, заметил, что у нее и в языке финтифлюшка эта… как его бишь… пирсинг?
— Оно мне надо было рассматривать? Что нарыл, говори!
— Я слышал, что минет с этим пирсингом — вообще улет, — продолжил гнуть свое Андрюха, мечтательно уставившись в стену, за которой грохотало. — Когда девка ею уздечку натирает, башка отрывается.
Ну спасибо тебе, дружище, за эту, бл*дь, бесценную информацию. Мне-то и без нее яйца со вчера узлами скручивает.
Надо было поехать в эту чертову баню, отодрать Кристину, и тогда бы вот такого бардака в башке не приключилось. Две недели без секса не такой уж и срок, но, похоже, я раньше времени приблизился к возрасту, когда «седина в бороду, бес в ребро». И настиг он меня внезапно, вместе с появлением этой адовой лазутчицы на моей земле.
— Ты о чем-то кроме *бли думать в состоянии? — вышел я из себя, швыряя нож в раковину.
— Я мультизадачный, Яр. А ты реально психованный последнее время.
А все почему? От недое…
— Хорош, а! По делу давай!
— Значит, по делу. — Андрюха расположился с кружкой и закуской у окна, не скрываясь выглядывая мою геморройную соседку. Отчего-то дико хотелось за это съездить ему по затылку. — Зовут нашу языкатенькую — Миргородская Роксана Леонидовна. Двадцать три года. Послужной список в виде приводов в ментовку отсюда и до центра длиной. В основном всякое мелкое хулиганство, вторжение на закрытые территории, аварийные объекты.
И задержание в нетрезвом виде, беспорядки — куда же без этого. Чаще всего попадала в обезьянник с неким Антоном Кавериным.
— Трахарь ее? — Челюсть отчего-то свело судорогой.
— Вот тут сведений нет, но эти двое, как понимаю, постоянно не разлей вода. Хотя Каверин этот — депутатский сынок, и о нем слава идет как о том еще ловеласе. Был момент, какая-то деваха провинциальная его даже в изнасиловании обвинила, но все быстро затухло. Вылезло, что она таким образом или замуж удачно метила, или просто бабла хотела, но больно болтлива оказалась, и поэтому пролетела по всем пунктам.
— Миргородская… не родня этому юристу раскрученному, что засветился в том деле с черными риэлторами?
— Дочь родная. До недавнего — единственная. Пару лет назад господин Миргородский женился на юной прелестнице, младше самой Роксаны, и она произвела на свет ему сына.
— Двадцать три, значит, — пожевал я губу. — Я думал, вообще лет семнадцать.
