— Браво, доктор Психогризли! Еще одна абсолютно неудачная попытка строить на мой счет заумные выводы. Еще предпринимать их будешь или ограничишься тем, для чего я тебе, собственно, и нужна — частым, грубым, разнузданным сексом? Тебе какой-то дебил сказал, что если прикидываться интересующимся богатым внутренним миром бабы, то она тебе с твоим размером в задницу даст? Как вернешься — в морду ему плюнь. С твоим поленом на такое отчаяться — надо быть совсем умалишенной.
— Не сработает, — нагло ухмыльнулся мне в лицо Яр.
— Что не сработает?
— Ты не собьешь меня с темы, наговорив очередных гадостей, погремушка. У меня к ним уже почти полный иммунитет, они меня больше не бесят, от них у меня встает. Так что, кто в твоей жизни так накосячил под предлогом заботы, что тебя бомбит даже от самого этого слова?
«Не бойся, малыш, ничего не бойся, я обо всем позабочусь. Нам будет хорошо, просто хорошо и никаких последствий. Верь мне».
«Роксана, дочь, ты должна понимать, что все было сделано только ради твоего будущего.
Я забочусь о тебе. Забочусь, потому что старше и знаю, как лучше».
— Сколько раз мне, бля, нужно послать тебя, чтобы дошло?
— Да пока самой не надоест. Я хочу знать и узнаю.
— Руки будешь выкручивать? Керосинкой своей долбаной прижигать?
— Дурная ты, погремушка.
— А ты чертов клещ! Чего тебе вообще нужно от меня?
— Вот это в нашей с тобой ситуации очень правильный вопрос, Роксана. Тебя мне надо. Всю.
Я хохотнула, мотнула головой. Ни буя себе заявочки.
Тут даже у меня сходу ответа едкого не найдется.
— Гризли, а у тебя какой диагноз? — с нарочитым подозрением спросила этого психа. — Ладно буйный, но ты, выходит, еще и людей жрешь?
— Повторюсь, не сработает, Роксана. Ты можешь сколько угодно соскакивать с важных тем на всякую херню, но это моих намерений никак не поменяет. Ты теперь со мной со всеми вытекающими.
Чего? Он реально пещерный? Типа вздрючилось ему, взял и причислил к списку собственности? По принципу: кто сильнее, тому и все, на что глаза с лапами своими положил?
— Да подавишься ты мною, гризли тупой! Я тебе поперек горла встану!
— А уже и так встала, погремушка.
И поперек горла, что, бля, не вздохнуть, и в бОшку втемяшилась, и за яйца прихватила. Так что для тебя без вариантов.
— Посмотрим!
— Смотри. А пока давай-ка освежим тут все, не спать же в пылюке. Я за водой к речке. — Медведина невозмутимо подхватил ведра в углу и пошел к выходу.
