По факту, да, мы сейчас стояли на половине двора, раньше принадлежавшего моей пожилой соседке. Но ее уже год как нет, и я давно для себя решил, что выкуплю и часть дома, и землю у наследников, только они нарисуются. Но они уже сколько месяцев не объявлялись, и я привык по умолчанию считать тут все своим. И отступать от этого не намерен.
— Документы покажи!
— А больше ничего не показать? — фыркнула крашеная зараза, презрительно поджав полную нижнюю губу с серебряной каплей в ней. В ширинке стало откровенно тесно.
Какого лешего вообще? Ты сдурел?
— Мне можешь показать все, детка. Я совершенно не против, — отморозился ни к месту Андрюха, выплывая из-за моей спины и вызывая острое желание дать ему по брюху с локтя. — Познакомимся поближе?
— С правой рукой своей ближе знакомьтесь, бугаи! — мигом отбрила патлатая засранка. — С вашими рожами только она с вами общаться и будет рада!
— Языкатая, да? — хоть Андрюха продолжал улыбаться, я прекрасно уловил опасные нотки в его голосе. — А как насчет применить язычок с большей пользой?
— Пошел… — начала девка, но я перебил.
Достала.
— Да ты внимательно глянь, мужик, — вложил я в свой тон все возможное пренебрежение и максимальную угрозу, — такая для твоих целей не годится, хозяйство по лобок оттяпает, а если и отсосет, то ты будешь этот минет до конца жизни в кошмарах вспоминать. Слушай сюда, погремушка! Барахло свое собираешь, документы готовишь, и завтра же едем все на меня оформлять. Заплачу, сколько скажешь, и чтобы я тебя тут больше никогда не видел.
Усекла?
Здоровенные мужики чуть не делали под себя, когда я говорил с ними так, но на лице крашеного мелкого чудовища не дрогнул ни единый мускул. Медленно, прямо-таки проезжаясь по моим нервам, а заодно и долбанувшемуся с какого-то перепугу члену, она приподняла одну проколотую в двух местах бровь и так же неторопливо показала средний палец.
— Это МОЙ дом, и хрен ты его получишь, — произнесла она и, спокойно развернувшись, пошла к крыльцу, развратно покачивая бедрами.
— Посмотрим! — рявкнул я ей вслед.
— Ага, давай. Очки купи еще для зрения, чай не юноша уже, — фыркнула гадина через плечо. — И кстати, если бы я снизошла до того, чтобы отсосать тебе, ты бы кончал без рук до конца жизни, только вспомнив. Но этому никогда не бывать, так что пойди и удавись с горя!
Поднявшись по ступенькам, она шарахнула дверью, ставя точку.
— Я ее трахну, — прохрипел рядом Андрюха, вытирая пот со лба. — Хоть как, но трахну.
