Раньше меня не тревожил данный факт, но тогда я не занималась сексом с мужчинами.
— Почему у тебя нет вина? — сетует Ляля. — Или хотя бы шампанского? Мне надо! Срочно надо выпить!
Она ходит туда-сюда и мельтешит перед глазами. Я же пытаюсь абстрагироваться и вспомнить. Когда? Когда, чёрт возьми, в последний раз у меня были месячные?
Но в голове пусто. Там ни воспоминаний, ни толковых идей. Какой же тогда срок у моей… беременности? Я даже это слово не могу произнести без некого ощущения инородности. Как будто оно не моё.
Как будто никогда и ни при каких обстоятельствах не должно было иметь ко мне отношение.
— В смысле? Ты не в курсе, предохранялся ли Руслан? — изумляется Ляля.
— Мне было не до этого, — поясняю подруге. — Я не разглядывала его, не разговаривала с ним. Как только Руслан меня отпустил, я сорвалась с постели и пулей улетела в ванную комнату. Общаться и встречаться с ним больше не стала. И тем более не интересовалась, надевал ли он презерватив. Лишь несколькими днями спустя я сдала в лаборатории анализы.
Всё было чисто. Я даже в мыслях не стала допускать ни единого сценария с беременностью.
— Варианта два. Это либо ребёнок Миши, либо Руслана.
— Утешила, — качаю головой.
Делаю глоток чая, во рту горчит. Я чувствую себя потерянной и совершенно обезоруженной.
— Сексуальный контакт с Русланом был двадцать восьмого октября – это два месяца назад, — снова начинает считать Ляля. — Примерно столько же у тебя отсутствуют месячные. Верно?
— Примерно, да.
— Контакт с Медведем шестнадцатого-семнадцатого ноября точно был с защитой.
Поэтому он отпадает. Да?
— Не знаю.
— Следующий контакт без презерватива с Мишей состоялся первого декабря. Что совсем не подходит, потому что рано. Наверняка рано. Мою сестру начал мучить токсикоз после седьмой недели.
— У меня сейчас голова взорвётся, — обращаюсь к Ляле.
— Прости, я пытаюсь помочь, но, наверное, гружу тебя ещё больше. Проще лечь спать, а завтра записаться к врачу и узнать точный срок.
— Так и сделаю.
— Только, умоляю, не к тому, что ставил тебе бесплодие, — просит подруга.
— Я возьму контакты у сестры, она наблюдалась у замечательного доктора. От срока и будем отталкиваться.
Я пробую отвлечься. Честное слово пробую! Падаю на подушку и зажмуриваю глаза, чтобы скорее уснуть. Усталость одолевала меня ещё на репетиции. Тело было тяжелым, слабым. Веки слипались. Теперь же я ни о чем не могу думать, кроме как о тех двух полосках на тесте.
Три часа проходит в муках.
