Наклонившись, поднимаю его и протягиваю Николаю Ивановичу. Тот смотрит на меня так, будто впервые заметил, что я вообще существую.
— А я тебя видел! — тычет в меня толстым пальцем. — Танцевала на концерте, да?
Молча киваю, вспоминая наставления сестры. Молчать, иначе Миша разозлится. Губернатор осматривает мои руки, слегка прищуривается.
— Кто тебя ранил, дитя моё? — интересуется строго.
Все присутствующие мужчины тоже обращают внимание на полосы, которые присутствуют на моих руках.
— Подралась, — отвечаю правдиво.
— Какая прелесть, — потешается Николай Иванович. — Расскажи, как так вышло, а то я утомился слушать Басаргина.
Я ощущаю прикованные к себе взгляды, от которых становится не по себе. Чёрт. Катя сказала, что важно понравиться Николаю Ивановичу, а тут я. Со своей нелепой историей. Возможно, стоило бы её приукрасить, но фантазия почему-то испаряется напрочь.
Когда я волнуюсь — то много болтаю. Когда начинаю болтать — то меня уже не остановить.
В красках рассказываю о том, как соперница испортила мой костюм.
Как мы дрались и даже кусались. Как нас разнимал тренер и остальные участницы коллектива.
Удивительно, но меня никто не перебивает. Губернатор лишь просит Руслана принести ему ещё порцию виски.
— Очаровательная девочка. Чья она, Басаргин? — интересуется будто бы между прочим губернатор и смотрит на меня в упор: — Давай-ка мы с тобой потанцуем, о, ангел?
Его предложение звучит не совсем как вопрос. Я застываю на месте, делаю глубокий вдох. Танцевать с пьяным в стельку мужчиной мне совершенно не хочется.
Появляется стойкое непринятие ситуации. Хочется раствориться.
— Моя она, — невозмутимо отвечает Медведь. — Прости, Николай Иванович, потанцует, но в другой раз. Я раньше занял очередь.
Шутливо закатываю глаза, когда он делает шаг навстречу. Позволяю вывести себя на танцпол.
Не так давно я танцевала с Русланом, но эмоции рядом с Медведем обостряются при этом в сотни тысяч раз! Дыхание рвётся, во рту пересыхает. Сердце отчаянно таранит грудную клетку и даже не пытается сдаться.
— Когда это ты занимал очередь? — спрашиваю у Миши, когда он опускает горячие ладони на мою талию и прижимается ко мне всем своим твердым телом. — Вообще-то Руслан забронировал весь мой вечер.
— Обойдется.
— Ты очень резкий. Кажется, губернатор остался недоволен.
— Карасев на утро и не вспомнит, с кем общался, — равнодушно отвечает Миша. — Не хочу, чтобы он трогал тебя. О нем не очень хорошие слухи ходят.
