Гром над Империей. Часть 3

Уже тысячи лет мы привязаны к Земле и не можем, как прежде, путешествовать между мирами, создавая своих аватаров. Мы — как птицы в клетке, видим мир, но воздействовать на него можем лишь в ее пределах.

— Так, подожди, — опять прервал я ее, — так эти ваши испытания просто направлены на то, чтобы я смог обмениваться с вами энергиями? Но на Буяне я слился с первостихиями, и во мне сейчас находятся все четыре составляющих эгрегора земли. То есть, я спокойно чувствую все эфирные потоки безо всяких испытаний.

Тогда к чему мне это? Святогор говорил, что они будут не нужны, если я обрету мощь первостихий, а вы же, как я понимаю, созданы для их обуздания и дарования магии людям? Так или нет? Вы как бы противоположная сторона силы. И если я сольюсь с вами, что это мне даст? И даст ли это мне то, чего у меня нет? И какое отношение это имеет к трем царствам? Что-то я совсем запутался.

— Да, ты прав, — повозившись у меня на коленях, она устроилась поудобней. При этом еще и вызывающе поелозив попкой по моему, сразу же отреагировавшему на такое издевательство, члену.

Почувствовав это и довольно кивнув, она продолжила, еще тесней прижавшись ко мне.

— Мы — другая сторона силы, хотя наше существование напрямую связано именно с первостихиями. Но ты, приняв их, слившись с ними, не принял нас. Это как две половинки одного целого. Инь и Янь, черное и белое, хорошее и плохое. Убери одну часть — и узор станет незавершенным, ущербным. Исчезнет гармония и радость от осознания совершенства рисунка.

Ты обрел силы, чтобы выдержать наш поток, и теперь пришло время снять все преграды. А три царства держатся именно на нашей силе. Первостихии — это природные явления: ветер, снег, вулкан. Элементали — это их проявления в нереальности, откуда и приходит сила, сила трех царств — Царства богов, людей и духов. Именно наша сила дает энергию к их существованию. И именно мы, обуздав первостихии, даем людям магию. Не слившись с нами, не обретя внутренний баланс, ты не сможешь управлять царствами.

И мы не сможем, потому что сейчас мы намного слабее, чем тогда, когда у нас есть Повелитель.

— То есть, это нужно и мне, и вам? — уточнил я, чуть сдвигая ее в сторону, потому что пытка ее попкой, елозившей по мне, становилась невыносимой. Но она, будто не замечая этого, продолжала свое черное дело, лишь иногда лукаво посматривая на меня.

— Верно, — кивнула она.