Гром над Империей. Часть 3

— Смею!!! Потому что, пока я за вас делаю вашу работу, чем заняты вы? Спором о том, кому я больше поверю? И кто сумеет лучше убедить меня поехать крышей при прохождении испытаний? До сих пор никакой от вас помощи я не видел! Лишь раз, в момент пробуждения — и то, я был не в себе, поэтому и обратился к вам. Но впредь я трижды подумаю, прежде чем призывать вас!

Рывок — и мою щеку обжег хлесткий удар ладони. Пощечина вышла знатная, аж в голове зазвенело. И тут же на месте, где только что была Марра, закружился вихрь, в котором она и растворилась.

— Ар-р-р-р! — буквально зарычал я, борясь с желанием проследовать за ней и снова надавать ей по жопе! Опять вокруг моей тушки затеялась какая-то нездоровая возня. Ну ничего. Будем пресекать и ставить на место максимально жестко. Времена доброго и всепрощающего Влада прошли. Теперь я перехожу на темную сторону силы. Буду казнить и миловать. Возможно, только казнить. Буга-га-га-га! Я — Темный, мать его, властелин, все падают на колени и целуют меня в зад!

— Рракота, я знаю, что ты тут и бессовестно подслушивала.

Объясни мне, вот что сейчас было?

Возникнув как из-под земли — хотя я бы не удивился, что это было именно так и было — та с грустной и немного растерянной улыбкой посмотрела на меня, после чего, вздохнув, присела рядом и взяла мои руки в свои.

— Послушай меня. Если Марра узнает о том, что я тебе сейчас скажу, она меня возненавидит.

— Подожди-ка, солнце, — перебил ее я, чувствуя знакомые колебания эфира, — так, всем выйти из сумрака! Раз уж у нас очередной серьезный разговор намечается, то нефиг прятаться!

Легкое движение — и на мои колени с размаху прыгает Феникс, тут же радостно впиваясь в меня горячими губами.

Позади меня возникла Лея, что проделала то же самое, стоило лишь мне оторваться от огненной, чтобы глотнуть воздуха… От такого приветствия моё настроение поднялось, избавив от злости.

— Хулиганим? — строго спросил я, с затаенной улыбкой глядя на довольных элементалей. — Зачем змейку обидели?

— Да кто там ее обижал?.

. — отмахнулась Феня, но, увидев выражение моего лица, тут же замолчала, обиженно спрятав свою голову у меня на груди.

— Феникс права, — рассудительно заметила Рракота, — ее действительно никто не обижал. Пойми, Владислав, мы — не человеческие девушки, и то, что ты видишь — лишь образ, который мы принимаем, когда у нас появляется Повелевающий. В обычном нашем состоянии мы лишены всех эмоций — эфир не может быть злым или добрым, хорошим или плохим.