Гром над Империей. Часть 3

Кимико, будто что-то поняв, подсаживается к нему ближе.

— Я заметил, что во время боя ты больше пытался защитить мою спутницу, чем свою. Поэтому мой вопрос закономерен.

Ловлю возмущенный взгляд японки, что, казалось, сейчас просверлит во мне дырку. Хотя, он быстро переходит с меня на Озаму, но тому, похоже, пофиг на это и оправдываться перед Кимико он не собирается.

— Нечего нам рассказывать. Думаю, наша ситуация похожа на вашу. Я тоже не заметил, чтобы ты особо стремился защитить свою спутницу! Вас сюда Влад Громов закинул, правильно?

— Правильно.

— А сестренку, случайно, не Эйелен зовут? — уточняет он, быстро переглянувшись с Кимико.

— Именно, — киваю я, — вы знаете ее?

— Учимся вместе, и теперь мне понятно, почему вы здесь. Видимо, ваша ситуация похожа на нашу. И Влад, как всегда, на эмоциях сделал то, о чем его не просили. Сначала думать, а потом делать — явно не его метод.

— А ты это почему так решил? — надулся я, глянув в смеющиеся глаза Марры. Ну погоди, змейка, я тебе это еще припомню!

— Ну, мы с Кимико, — он искоса посмотрел на сидящую рядом девушку, — мягко говоря, не любим друг друга…

— Да чего там, говори прямо — ненавидим друг друга!.. И этого Влада, который с чего-то вдруг решил, что сможет нас помирить, просто убила бы собственными руками!

— А что, думаете, нет даже малейшего шанса на то, что у него это получится? — спросил со вздохом я.

— Китайскую вазу не склеить, если она разбилась. Годы ненависти, впитанной с молоком матери, по щелчку пальцев не выкинуть из жизни. Глупая эта идея.

— Ну, глупая — так глупая, — устало вздыхаю я, скидывая с себя и Марры морок. Их обалдевшие лица хоть чуть подняли мне настроение. Но смотрели они не на меня, а на посмеивающуюся воздушную. Но замешательство длилось недолго. Резво подскочив, они склонились перед ней в глубоком поклоне:

— Великая, это огромная честь для нас — видеть Вас воочию!!! — выдохнули они разом и замерли, боясь пошевелиться.

— Вот видишь, твои друзья ведут себя правильно, с должным почтением. Не то, что ты — сразу угрожаешь телесными и душевными карами. Поучился бы у них, — попеняла она мне.

— А тебе прямо вот так нужны земные поклоны, обожание и зализывание твоего чешуйчатого зада? — ухмыляюсь я.

— Фу, какой ты грубый! — морщится она. — Доброго слова от тебя не дождешься.