Достичь таких высот в политике и бизнесе мой отец смог благодаря острому уму, незаурядным деловым качествам и – абсолютной жестокости и умению буквально идти по головам своих врагов. И если сейчас он видит врага в Сергее и его родных… Мамочки, что же делать?!!!
Исподлобья глядя на отца, я сжимала в руках телефон, не решаясь набрать заветный номер. Но где уж мне, девчонке с едва оперившимся магическим даром и только-только проклюнувшейся надеждой на счастье, бороться со стальной волей моего отца, распланировавшего мое будущее на многие годы вперед, без учета моих пожеланий, стремлений и чувств?!
– Папа, – дрожащим голосом начала я, – пожалуйста, оставь Избориных в покое! Я обещаю… Нет, я клянусь тебе, я никогда больше не позволю ему приблизиться ко мне, не буду с ним общаться… Я сделаю так, что он не будет искать со мной встреч! Я поставлю его на место! Я поняла, пап, как ты был прав! Он мне не ровня, это было просто… ну… помутнение какое-то! – страшная боль сдавила мое сердце, пока я произносила эти слова.
Я, я сама сейчас, своими руками рушила все то, что могло между нами сложиться! Но так было нужно. Ради Сергея. Ради его семьи. Я должна любой ценой защитить их, пусть так, пусть больно будет мне… я выдержу!!
Мне было очень больно, обидно. Я позвонила, не могла не позвонить, хотя, когда я разрыдалась посреди разговора с Сергеем, я увидела, как отец недовольно поморщился.
«Ничего», – думала я, – позже я смогу все объяснить Сереже, он поймет, он обязательно поймет… Главное сейчас – усыпить бдительность отца, ослабить эффект от слов идиота Савы…
Уйдя в свою комнату, я заперлась и бросилась на кровать.
Перебирая в памяти два счастливых дня, проведенных с Сергеем, я беззвучно плакала в подушку. Ну почему, почему все должно было вот так закончиться? Устав от горестных переживаний, я тихо скользнула в объятия сна, где на меня требовательно и с надеждой смотрели голубые как небо глаза…
Говорят, утро вечера мудренее… Мое утро преподнесло очередной сюрприз. Дверь в мою комнату распахнулась, и в нее влетела вторая жена отца, пылая гневом.
– Отец мне все рассказал, бесстыжая девчонка! Понравилось гулять с простолюдином и позорить род?!!
Глядя в ее пылающие гневом глаза, я неосознанно потянулась за поддержкой, просто в никуда, и почувствовала отклик – от своей стихии, воды. На таком уровне я еще не ощущала единения с ней, я словно максимально внутренне раскрылась, призывая, взывая о помощи, даже требуя – силы, спокойствия, выдержки.
