Громова я обнаружил в беседке, пьющего чай из большого самовара и с удовольствием щурившегося на яркое солнце, что заливало светом все вокруг.
– Владимир Степанович, – поприветствовал он меня, привстав.
– Какими судьбами? Рад видеть вас в добром здравии. Как жены, дети, внуки, не озорничают? Присаживайтесь. Отведайте чаю на травах. Он сегодня получился особенно душистым.
– Николай Владимирович, – поклонился я. – Все, слава богу, хорошо. А у вас, я смотрю, перемены большие наметились. Стройку затеяли?
– Да вот, решил обновить поместье, а то как-то заросло все без крепкой мужской руки.
– А теперь, значит, рука появилась?
– А она и не исчезала никуда, – ухмыльнулся он.
– Ты ведь не просто так приехал, Владимир Степанович, не для того, чтобы проведать забытого всеми старика. Человек ты служивый, значит, временем особо не располагаешь. Догадываюсь, о чем разговор у нас с тобой пойдет, да прежде тебя послушаю.
– Ну а раз догадываешься, так и ответь на вопрос. Ты же почувствовал выброс силы. Кто мог это сделать – тоже догадываешься?
– А чеж не догадываться.
Знаю я, кто сотворил это. И ты знаешь, коли ко мне пожаловал, а не сразу в Тверь помчался.
– И что делать будете?
– А все уже сделано, не знаю только, не зря ли я ремонт затеял. Может, он и не захочет в империи оставаться.
– Как же это не захочет? Тут его дом, близкие. Или ты думаешь, что мы просто так отпустим на вольные хлеба мага такой силы?
– А с чего вдруг не отпустите, коли нужда припечет. Еще и билетики купите за счет казны, чтобы уехали побыстрей.
Вам же город придется восстанавливать, не до нас будет. Внук-то у меня горячий, да на расправу скор.
И тут я понял, что старик откровенно насмехается надо мной. За годы управления Тайной Канцелярией я привык, что от одного моего имени у людей поджилки начинали трястись, а тут старый пердун чуть ли не прямым текстом посылает!
– Ты говори, говори, да не заговаривайся! Поднимете голову против империи, быстро с ней расстанетесь. И не таких обламывали. Не усложняй себе жизнь, лучше сам скажи, где внука прячешь, чем быстрей найдем его, тем меньше проблем будет.
Старик как-то странно посмотрел на меня, и вдруг по его телу пробежали разряды молнии. Резко подул ветер, и раздался раскат грома. От него повеяло той самой страшной силой, что в свое время стирала с лица земли целые города.
– Небо вновь слышит меня, никак внучек постарался. А ты ступай, Владимир Степанович. Ищи, не ищи, он появится, когда ему нужно будет. А угрожать мы и сами можем.
