— Ты знаешь, что я имею в виду, — серьезные нотки в голосе Богдана заставляют меня смягчиться.
— Всему свое время, мой милый. Сегодня день наших друзей, — быстро целую его в губы и сосредотачиваю внимание на женихе и невесте.
Эти двое — идеальная пара. Чем больше смотрю на них, тем больше убеждаюсь в этом. Главное — они безумно любят друг друга, а, значит, сделают все, чтобы на этот раз остаться вместе. Навсегда.
Говорят, первый блин всегда комом. В случае Москвиных это безоговорочно так. Их первый брак был похож на ураган.
Никто не готов был поступиться своим я, никто не готов был уступать. Кажется, теперь они поняли, что секрет успешного брака – в доверии и компромиссах. По крайней мере, я искренне им этого желаю.
— Хорошо, что документы не придется менять, — смеется Москвина. — Фамилия осталась прежней.
— Очень удобно второй раз выходить замуж за того же мужчину, правда? — подхватывает Егор, и громкий смех собравшихся заполняет небольшой сквер, выбранный местом регистрации молодых.
— Знаешь, Егор, а это кольцо мне нравится больше, — Карина рассматривает шикарный золотой ободок с бриллиантами на своем пальце.
— И мне, — соглашается он, прижимая новоиспеченную супругу к себе.
— Лина, — подруга обращается ко мне и неожиданно подмигивает Дану, — тебе тоже не придется менять фамилию.
Я ничего не отвечаю, лишь улыбаюсь. То, что мы с Богданом снова вместе уже ни для кого не секрет. Сначала мы с ним старались не афишировать отношения, чтобы не привлекать повышенного внимания.
Но, конечно, долго прятаться не вышло. Сплетни расходятся по Москве все также быстро, как и раньше.
— Сначала фотографируемся все вместе, потом уже молодожены, — командует фотограф. — Дорогие гости, подойдите, пожалуйста ко мне.
Как только эпопея с фотосессией заканчивается, мы с Богданом уезжаем домой.
Да, мы снова живем вместе. Как-то само собой получилось. Однажды поздним вечером у меня прорвало кран с холодной водой. Богдан как раз был в нашей квартире и в ожидании сантехника принялся чинить протечку.
Справился сам, но его одежда оказалась перепачканной и мокрой. Переодеться было не во что, поэтому его джинсы и футболка отправились прямиком в стиральную машину, а сам Богдан вместе со мной — в постель. Тогда он впервые остался на ночь, утром мы вместе завтракали, а после обеда Царев уехал, вернувшись через час с чемоданом вещей. Иронично сказал, что на случай новой протечки, но мы оба понимали, что теперь он останется со мной навсегда.
