— Так в чём проблема?
— Проблема в том, что как только он переступит порог академии, то окажется под её защитой и носа оттуда не высунет. Ректор очень не любит, когда в его вотчину приходят клановые разборки. А к его мнению прислушиваются очень многие. И я даже не говорю про его ранг. За свою жизнь он обучил тысячи магов, что даже после выпуска остаются ему благодарны. В общем, его правила лучше не нарушать.
— Ну, тогда просто дождаться, пока он не окончит академию. Если его род будет уничтожен, то сам уже ничего не сможет сделать.
Сомневаюсь, что он за эти годы резко станет Вознесённым или Бессмертным.
— Ты прав. Личной силой он ничего не сможет сделать. Вот только важен сам факт его существования. Он останется знаменем, которое сможет поднять любой и попытаться уничтожить нас. Ни один клан не станет без повода нападать на другой. Им это просто не позволят. Но есть отморозки, которые могут посчитать выгодным использовать Колдера, чтобы уничтожить нас, забрав всю нашу территорию и богатства.
А значит, у меня остаётся только один выход…
— Убийство, — понимающе кивнул я, смотря на чуть подрагивающие руки Ала. — До того, как он поступит в академию. Вот только тогда война начнётся преждевременно, и вы можете понести тяжёлые потери.
— Всё именно так, как ты сказал. И я не знаю, что делать, — закрыл он лицо руками. — Прости, что видишь мою слабость. Но мне нужно этим с кем-то поделиться. А ты мой, теперь уже… единственный друг.
— Друг… — одними губами прошептал я.
И я ведь чувствовал, что он не врёт.
Парень действительно считал меня своим другом, и от этого было как-то не по себе. Неприятно, когда тебе настолько доверяют, а ты не можешь ответить такой же взаимностью. Я всё ещё не уверен, могу ли назвать его именно другом. Мои настоящие друзья остались там, в трущобах Аргутуса. Место, в которое я хочу, но в то же время и не хочу возвращаться. Но не сейчас, слишком рано. Я ещё слишком слаб, чтобы вернуться к ним и забрать с собой. Что же касаемо Альберта… мне тяжело заводить друзей, но можно попробовать.
— Есть один вариант. С ним ведь может произойти несчастный случай в то время, когда ты и твои телохранители будете на виду. Тогда вас никто не заподозрит. Колдеры, конечно, насторожатся, но вряд ли свяжут это с тобой."
"— Но подумают в первую очередь обо мне. Всё же они заказали меня, а я всё ещё жив.
— Думать они могут всё что угодно. Это уже не важно. Как ты говорил, повода напасть первыми у них не будет.
